«Где Авель, брат твой?»

«Где Авель, брат твой?»

Гололоб Г.А.

ОГЛАВЛЕНИЕ
Введение.
1. Современное противостояние между украинскими и российскими христианами.
2. Подлинные причины украинско-российского противостояния.
3. Назад к пацифизму.
4. Сила пацифистов в их единстве.
Заключение

Введение.
Пожалуй, сегодня уже не существует тех, кто не знает, что такое пацифизм. Современный пацифизм не просто принял организационную форму, но и стал «работающей» идеологией целого ряда массовых общественных движений, которые оказывают сегодня реальное воздействие на общественно-политические процессы. Поэтому неудивительно, что милитаристские круги расценивают его как растущее препятствие осуществлению своих агрессивных планов. Пацифистские идеи, таким образом, стали предметом острой идейной полемики, которую обойти невозможно сегодня и любому пацифисту, тем более христианскому.

Христианское сознание долгое время опасалось какого-либо участия в политике, ввиду использования последней большого числа нечистоплотных методов, в частности подлога, спекуляций, мошенничества и т.п., но в главном насилия. Однако со времени служения баптистского пастора Мартина Лютера Кинга христианский пацифизм перешел из своей ранней стадии «изоляционизма» в более зрелую стадию «ненасильственного сопротивления», наконец, поняв смысл призыва апостола Павла: «Не будь побежден злом, но побеждай зло добром» (Рим. 12:21). Заодно пришло осознание христианами своей социальной ответственности за состояние «этого мира» в вопросе сохранения физической жизни неверующих людей, оказавшихся под угрозой милитаристского истребления. Это подняло вопрос о необходимости «обличения дел тьмы» (Еф. 5:11), в частности милитаристских действий, прежде всего собственного, а затем и других правительств.

Современное противостояние между украинскими и российскими христианами.
Современный украинско-русский конфликт обнажил проблему большинства евангельских церквей, состоящую в том, что они забыли свою социальную ответственность за жизнь неверующих людей, которых сегодня лишает какой-либо возможности уверовать начавшаяся на юго-востоке Украины не без содействия внешних сил гражданская война. Самое печальное в данном конфликте – это то, что сегодня сугубо национальное противостояние коснулось не только неверующих людей, но и верующих, которые не только стали по разные стороны баррикад, но и взялись за оружие. Такого позора христианство не знало со времени крестовых походов и религиозных войн периода Реформации.

Попытки христианских пацифистов создать «третью» силу, выполняющую буферную роль натолкнулись на полную апатию и нежелание стать выше национальной розни. Как же сделалось так, что современное христианство оказалось снова отброшенным не просто в эпоху религиозных войн, на которой ход истории уже расставил все точки, но к самому первому братоубийству? Почему сегодня Бог снова вынужден задавать Свой вопрос: «Где Авель, брат твой?» И многие из нас готовы сегодня ответить: «Какой брат? Тот, которого я убил? Да какой же он мне брат?» И все же где-то там, в глубине нашего сердца, всплывают картины мирного прошлого, когда мы ощущали себя братьями. Что же с нами произошло? И кто сыграл с нами эту злую шутку?

2. Подлинные причины украинско-российского противостояния.
Правильно понять пацифизм невозможно, не отталкиваясь от его идейного антагониста – милитаризма. Трудно найти другую сферу, где противоречивость социальной реальности проявлялась бы столь явно, как в войнах. Обычно войны зачинались и основывались на иррациональных вспышках ненависти, мало имеющей связь с каким-либо пониманием норм справедливости. Поэтому проблема идейного оправдания войн всегда была слабым местом любого милитаризма. Действительно, существует ли в нашей жизни что-либо, чем можно было бы оправдать принесение в жертву войн духовных ценностей, личностных интересов, и тем более самой жизни человека?

Очевидно, что сегодня человечество уже подошло вплотную к пониманию той непреходящей ценности, которой обладает одна человеческая личность. Понятно и то, что современная война не выгодна и экономически, разве только третьим лицам, зачастую ее и провоцирующим. Последнее замечание является очень важным для понимания того, что же заставляет народы сегодня воевать. В отличие от прошлых времен, современные войны развязываются уже не в целях обретения каких-либо материальных (территориальных, сырьевых или стратегических) преимуществ, а исключительно в качестве средства принуждения населения конкретных стран принять общепланетарную программу окончательного решения проблемы войн. Мол, если не будет национальных правительств, не будет и войн.

Иными словами, сегодня нас убеждают в том, что прекратить войны можно лишь путем создания единого мирового правительства. По логике этого изворотливого в грехах и изобретательного во зле «мира» это означает то, что заказчиком войн является именно первый претендент на исцеление от них. Иными словами, современные войны самым наглым образом провоцируются всемирными олигархами в их эгоистических интересах. И вся их эта тайная деятельность делается под весьма благородными вывесками! Ну, точно в соответствии с неписанными законами современной маркетинговой рекламы! Однако современный человек уже научился распознавать фальшь в рекламах. Хорошо известны ему и «успехи» таких формальных международных «миротворческих» организаций, как Лига наций и ООН. Поэтому он должен научиться видеть больше того, что ему предлагают современные СМИ.

Теперь нам становится понятным, что олигархам мирового уровня необходимо получить власть над отдельными государствами взамен на тот мир, который умышленно нарушается этими же самыми лицами, предпочитающими оставаться в тени. Иными словами, в разжигании локальных и гражданских войн сегодня заинтересованы уже не «третьи» страны, поставляющие вооружение в конфликтные зоны в целях личного обогащения, но на них сегодня пытаются разбогатеть финансовые магнаты мирового значения. Понимание этих причин позволит нам искать подлинных виновников современного русско-украинского противостояния не в руководстве конфликтующих между собой стран, а в мировых финансовых структурах. Таким образом с помощью развязывания войн олигархи мирового масштаба стремятся поставить каждую из воющих стран на колени в экономическом отношении. Ту же цель преследуют и обильные кредиты, которыми опутал большинство слаборазвитых и развивающихся стран мира Всемирный Валютный Фонд и еже с ним.

3. Назад к пацифизму.
Теперь когда нам стало известно, что обе воюющие друг с другом стороны являются жертвами «третьих» и внешних по отношению к ним сил, нам легче понять необходимость борьбы с настоящим врагом. И этот враг – не сам глобализм (нет ничего плохого в самой идее международного сотрудничества), а его хищная суть, состоящая в стремлении к мировому господству путем насилия и обмана, что безусловно призвано подготовить путь к приходу антихриста. Разоблаченный враг становится наполовину побежденным врагом, поэтому пацифисты всех стран должны осознать свою солидарность и начать действовать совместно, используя против зла, каким бы оно ни было (личным или социальным), не плотские оружия, а оружие правды.

Что же это за оружие? Понять сущность любой вещи невозможно без понимания вопроса ее происхождения. Откуда же взялся и как возник пацифизм? Он не возник ни из индуистской традиции хранить все живое, ни из стоической философии с ее представлением о всемирном единстве, поскольку первая исключала моральное, а вторая – личное измерение пацифизма. Проще говоря, происхождение пацифизма в его действенной форме сверхъестественно и уникально, причем в той мере, в которой сверхъестественно и уникально само христианство. Нам следует признать, что неслучайно пацифизм возник именно в религиозной форме: только осознавая свою личную связь с Творцом мира, люди одной национальности могут признать в людях другой национальности своих братьев.

Конечно, некоторые задатки христианского пацифизма мы можем обнаружить и в естественной форме. У греков мы еще видим ничем не отличающийся от первобытного милитаризм. «Война, – писал, например, Гераклит Эфесский, – отец всего и царь всего… Одних она сделала рабами, других свободными». Этот подход претерпевает существенные изменения лишь у Платона и особенно у Аристотеля, который хотя и оправдывает войны против малообразованных народов или «варваров» как «естественное средство» приобретения дополнительной собственности и рабов, но первым вводит в философский оборот понятие «справедливая война». Принятие войны как естественного факта жизни было господствующим и в Древнем Риме, и только стоики, исходившие из космополитического представления о единстве человеческого рода, рассматривали войны как нечто уродливое и оскорбительное.

Впервые в западноевропейскую культуру антивоенные мотивы попали не из стран Востока, а из Палестины первого века. Впервые они зазвучали в словах Иисуса Христа «возлюбите врагов ваших», подхваченных Его последователями. Неудивительно, что первые богословы (Юстиниан, Тертуллиан, Климент Александрийский, Ориген, Киприан, Лактанций) рассматривали войны как нечто несовместимое с учением Христа. Со времени же попрания Константином учения Иисуса Христа о существовании радикального отличия между царством кесаря и Его собственным царством, идеи пацифизма ушли в подполье и возродились лишь в эпоху Возрождения и последовавшей за нею Реформации (Э. Роттердамский, Э. Круа, С. Франк и др.).

Но в организованном своем виде эти доктрины возникли исключительно в протестантстве, причем не в его главных течениях, а во второстепенных ответвлениях – голландском анабаптизме и меннонитстве. Поскольку представители последних категорически отказывались участвовать во всякой деятельности, так или иначе связанной с войной, их с одинаковым рвением истребляли как католики, так и протестанты. Немногим более века спустя появились квакеры, или «друзья», которые зарекомендовали себя как наиболее последовательная и влиятельная пацифистская церковь. Именно квакеры первыми смогли встать на защиту пацифизма со всей социальной ответственностью. Чего стоит только следующее выражение Уильяма Пенна: «То, что приносит мир, война отнимает».

Вплоть до наполеоновских войн проблемы войны и мира не привлекали особого внимания общественности, поскольку войны непосредственно задевали обычно интересы лишь небольшой зажиточной части населения. Но когда военная косилка стала бродить по всей Европе, без видимого смысла обескровливая целые нации, эта тема приобрела особую остроту. Так, с 1843 года начали созываться международные конгрессы в защиту мира, а в 1867 году создается «Международная лига свободы и мира», которая выдвигает требование замены монархии республикой, создания «Соединенных штатов Европы» (СШЕ), международных миротворческих сил, разоружения членов СШЕ, усиления антивоенной пропаганды и просвещения. Значительное внимание уделялось разработке проблем международного права, заключению соответствующих договоров, конвенций, правил арбитража, процедуре решения спорных вопросов и т.д.

Однако в полную свою силу пацифизм вошел с осознанием человечеством угрозы ядерной войны. По этой причине уже осенью 1981 года более 2 млн. жителей Западной Европы приняли участие в антивоенных демонстрациях. В следующем году их число заметно возросло, в том числе и в США. И дело здесь даже не в цифрах, поскольку обнаружился радикальный сдвиг в общественном мнении. В 1981 году бывший помощник государственного секретаря США Дж. Болл заявил: «Меня беспокоит, что за демонстрациями на улицах, в которых участвует не так много людей, стоит громадное число людей, которые сидят дома и думают точно так же». Однако этих людей еще нужно поднять с их удобных кресел и вывести на улицы с транспарантами. Это уже задача пацифистов нашего поколения.

4. Сила пацифистов в их единстве.
Нашему поколению христиан Бог судил жить в уникальное время. Лед апатии к социальному пацифизму двинулся среди христиан, ранее исповедовавших доктрину «справедливой войны». Так, реформатская церковь Нидерландов уже в 1962 году осудила ядерное оружие и стала инициатором создания Межцерковного совета мира (1966), ныне объединившего большинство церквей страны, антивоенная деятельность которых оказала существенное воздействие на позицию правительства. Вскоре ее примеру последовали протестантские церкви ФРГ. Серьезные сдвиги происходят и в позиции Англиканской церкви. Весьма симптоматично заявление руководителей 27 национальных англиканских церквей, представляющих 44 млн. верующих (1981): «В прежние эпохи при определенных обстоятельствах церковь оправдывала войну. Однако идея «справедливой войны», которая ведется с ограниченным применением силы и за справедливое дело, уже не соответствует современному положению вещей» («The New York Times», May 2, 1982).

Заметно активизировалась пацифистски ориентированная католическая организация «Пакс Кристи», однако решительную антиядерную позицию в католическом мире занимает церковь США. Так, в октябре 1982 года был обнародован второй вариант епископского послания, где, например, говорилось: «Мы считаем, что разумные политические цели не оправдывают моральной ответственности за развязывание ядерной войны» («The New York Times». Oct. 26, 1982). В нем имелось и предписание, не на шутку встревожившее милитаристские круги: «Ни один христианин не может на законном основании выполнять приказы или предпринимать действия, обдуманно нацеленные на убийство мирного населения» (там же).

Если учесть высокую репутацию христианства в общественном мнении США, авторитет и многочисленность (свыше 50 млн.) приверженцев католической церкви, то неудивительно, что ее антивоенные выступления не на шутку испугали рейгановскую администрацию, которая развязала бурную кампанию с целью дискредитировать «пацифизм» католического епископата. Кульминацией стало выступление президента США Р. Рейгана перед Национальной евангелической ассоциацией 8 марта 1983 года, направленное против оппозиции его внешней политике в церковных кругах.

Однако практические результаты этой беспрецедентной пропагандистской кампании были невелики: в начале мая 1983 года в Чикаго Национальная конференция католических епископов 238 голосами против 9 (!) одобрила (хотя и несколько смягченный) текст пастырского послания, фактически призывающий верующих к активному сопротивлению ядерному курсу. Значение этого факта тем более существенно, что к позиции католиков присоединились 12 крупнейших церквей: баптистская, епископальная, методистская, пресвитерианская и ряд других.

На сегодняшний день в мире действует несколько международных религиозных пацифистских организаций. Наиболее известная из них – «Международное братство примирения» (МБП), которая была создана в 1919 году на основе объединения «Британского братства примирения» и христианских союзов Дании, Нидерландов и Швеции. Штаб-квартира организации находится в г. Алкмаре (Нидерланды). Региональные центры МБП расположены в Версале, Нью-Йорке и Монтевидео. Всего в организацию входят объединения и группы из 23 стран. Высшим органом организации является Совет, формируемый из представителей национальных объединений и координирующий работу трех постоянных комитетов: европейского, американского и южноамериканского. При «Международном братстве примирения» создан Комитет действий против торговли оружием. Организация имеет консультативный статус при Экономическом и социальном совете ООН. Официальные цели «Международного братства примирения» – это пропаганда принципа «непротивления злу насилием», поддержка людей, отказывающихся служить в армии по религиозным и иным убеждениям. Для пропаганды своих целей все национальные секции организации имеют периодические издания.

Заключение.
Итак, мы видим, что христианскому пацифизму суждено если не остановить совсем, то существенным образом ослабить позиции современного христианского милитаризма. Здесь важна не победа, а честность и приверженность моральным основаниям занимаемой пацифистами позиции, не связанной результатом. Поэтому пацифисты сегодня призваны объединить свои усилия в борьбе с иллюзорной идеей «справедливой» войны, не переставая считать своих оппонентов братьями. Если всем христианам удастся стать на пацифистские позиции, светский милитаризм будет обречен. Но даже если остальные люди совершенно не признают ценность человеческой личности и не поймут бессмысленность братоубийственных войн, главное, чтобы мы, христиане, никогда не услышали в свой адрес вопрошающий голос Бога: «Где Авель, брат твой».

Реклама
Запись опубликована в рубрике Наше кредо. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s