Анабаптистское наследие

АНАБАПТИСТСКОЕ НАСЛЕДИЕ

Роберт Торбет

Источник: Торбет Р. История баптизма на Западе. Одесса: ОБС, 1996; глава 2.

ТЕРМИН «АНАБАПТИСТЫ» использовался по отношению к тем, кто перекрещивался. Как правило, это были христиане, которые, считая, что их крещение в младенчестве является небиблейским и недействительным, стремились правильно креститься — в соответствии со своим представлением о библейском учении. Можно вспомнить, что донатисты и новатиане перекрещивались лишь в том случае, если совершавший крещение отпадал от святой жизни, которую они считали необходимой для того, чтобы крещение было по-настоящему действенным. Петробрусиане, вальденсы, генрикиане и павликиане позднейшего периода перекрещивались потому, что требовали возрождения со стороны крестящегося. Эти христиане были духовными предшественниками тех реформаторов шестнадцатого века, которые (как и они) настаивали на главенстве авторитета Писания, крещении верующих и Церкви, избавленной от небиблейских обрядов. Нельзя сказать, что взгляды анабаптистов шестнадцатого века были во всем идентичны взглядам вышеперечисленных предреформационных групп, хотя интересно отметить, что анабаптизм получил особенное развитие в тех местах, где подобные группы тихо, но настойчиво трудились в течение почти четырех веков [1].

ШВЕЙЦАРСКИЕ АНАБАПТИСТЫ

Первые анабаптистские группы, по-видимому, возникли в Швейцарии. Их происхождение туманно. Вначале их взгляды не отличались от взглядов цвинглианских реформаторов. Однако когда Цвингли отказался от своего анабаптистского учения, их стали считать радикальным крылом реформаторов. Возникновению анабаптизма в Швейцарии благоприятствовало несколько существенных факторов. Первым из них стала свободная среда в этой стране, которой удалось избежать тягот феодального строя. Кроме того, большинство населения Швейцарии было наемными солдатами. Такой род деятельности сделал их относительно независимыми от политической власти папства. Папа римский, напротив, зависел от них в борьбе с турками, которые представляли собой постоянную угрозу для христианства и мира в Европе. Вторым фактором стало влияние гуманиста Цвингли, который в 1522 или 1523 гг. пришел и отказу от канонов римско-католической системы благодаря изучению греческого текста Нового Завета. В 1523 г. Цвингли убедил Цюрихский Совет принять постановление о том, чтобы все проповедники в кантоне учили только тому, что содержится в Писании. Третьим фактором стало наличие в Швейцарии целого ряда способных и радикальных религиозных деятелей, которые были также политическими и социальными реформаторами, основывающими положения своих программ на Писании. Если бы этим людям удалось взять под свой контроль швейцарскую Реформацию, они бы, несомненно, считались героями, но из-за того, что они оказались в меньшинстве, их всегда считали сектантами и опасными радикалами.

Наиболее влиятельным из цюрихских анабаптистов был Конрад Гребель, считающийся основателем анабаптизма [2]. Родившийся около 1490 г. в семье влиятельного патриция и канцлера города, он получил образование в университетах Вены и Парижа. Порочная жизнь в молодости подорвала его здоровье. Однако в 1520 г. он был обращен, став одним из наиболее ревностных сторонников Цвингли. Гребель поддерживал Цвингли вплоть до 1525 г., когда великий реформатор порвал со своими анабаптистскими последователями. Гребель хотел, чтобы Цвингли уничтожил систему государственной церкви и учредил церковь обращенных верующих, которая была бы свободна от вмешательства властей в религиозные вопросы. Он пришел в отчаянье, когда Цвингли стал проводить реформу, основываясь на результатах голосования в Цюрихском Совете. Гребель стал откровенным критиком умеренной реформы и за руководство делом радикальной реформы претерпел множество притеснений. В марте 1526 г. Гребель умер от бубонной чумы, избежав тем самым участи некоторых своих современников, которые приняли мученическую смерть.

Феликс Манц, сын каноника мюнстерской церкви, был образованнейшим гебраистом и ученым, осуществлявшим интеллектуальное руководство антипедобаптистским делом, но не жертвовавшим при этом своей евангелической деятельностью. Манц принял мученическую смерть в молодом возрасте: 5 января 1527 г. он был утоплен. Еще одним лидером анабаптизма был Георг Блаурок — монах, оставивший свой монастырь в Чуре, чтобы заново принять крещение. В течение четырех с половиной лет он крестил более тысячи обращенных. Блаурок был страстным радикальным реформатором, но не был фанатиком. Он также принял мученическую смерть: был сожжен на костре как еретик 6 сентября 1529 г.

Вильгельм Рейблин был первым швейцарским священником, который принял радикальные реформатские взгляды. 13 июня 1522 г. во время религиозной процессии он нес большую Библию, заявляя, что именно она, а не реликвии, которые несли другие священники, является истинным священным предметом, достойным почитания. Популярность проповедей Рейблина в Базеле не защитила его от изгнания, поводом для которого стало обвинение Рейблина в нарушении церковных постов. В Цюрихе он стал первым женившимся священником. В 1524 г. он призывает родителей отложить крещение детей до тех пор, пока они станут достаточно взрослыми для того, чтобы самостоятельно избрать крестных родителей. За это 11 августа 1524 г. он был заключен в тюрьму, где содержался некоторое время. Проповеди Рейблина сочетали в себе полемическую страстность и талант миссионерского убеждения. Впоследствии миссия Рейблина привела его в южную Германию и Моравию. Самым известным из тех, кого он обратил в антипедобаптистское учение, был Бальтазар Губмайер.

Вначале анабаптисты были последователями Цвингли, лидера швейцарской Реформации, находясь под влиянием его учения о том, что крещение младенцев не является библейским правилом. Такие люди, как Лео Юде, Гребель и Губмайер, помогали Цвингли во время его диспута с Цюрихским Советом, в результате которого между 1524 и 1525 гг. в этом кантоне были сняты находившиеся в церквах образа и отменена месса. Влияние Цвингли сильно ощущалось также в Базеле, Берне, Сент-Галле и других центрах, где при помощи анабаптистов проводились аналогичные реформы.

Разрыв анабаптистов с Цвингли произошел в январе 1525 г., когда Цюрихский Совет издал мандат, запрещавший Гребелю и Манцу проводить собрания с целью «изучения Библии». Подобные собрания проводились анабаптистами во многих швейцарских городах. Это был стратегический шаг, поскольку эти собрания (или «Библейские школы», как они назывались) были своеобразными плацдармами для завоевания новых обращенных [3]. Несомненно, что до этого момента швейцарский лидер еще не осознавал полностью последствий своего учения о том, что крещение младенцев не может быть подкреплено авторитетом Библии. И лишь в начале 1525 г. он понял, что церковь, состоящая исключительно из возрожденных верующих, либо лишит многих в государстве их привилегий, либо полностью разрушит систему государственной церкви. Как и Лютер, он был готов идти на компромисс, чтобы обеспечить успех реформатского движения. Поэтому он отказался от своего учения о том, что единственным истинным крещением является крещение взрослых верующих, как от непрактичного.

Еще одним из факторов, приведших к разрыву между анабаптистами и Цвингли, были политические соображения. В то время в Цюрихе существовали три партии: консервативный магистрат, не слишком охотно соглашавшийся на реформы; «средняя» партия, готовая следовать реформам Цвингли, пока эти реформы были разумно умеренными; радикальная партия анабаптистов, нетерпеливо стремящаяся к созданию полностью возрожденной церкви. Цвингли призывал анабаптистов проявлять терпение к «немощным больным овцам». Он всячески предостерегал против раскола, оправдывая смешанное членство в церкви библейскими притчами о пшенице и плевелах и о ковчеге, в котором находились чистые и нечистые животные [4]. Кроме того, по причинам политической безопасности Цвингли опасался социального радикализма некоторых анабаптистов (таких, как Кастельберг), которые осуждали ростовщичество как кражу, угнетение бедных богатыми — как убийство, и войну — как массовое убийство. Кроме того, в то время в Германии происходило крестьянское восстание. Во главе этого восстания стояло несколько фанатичных анабаптистских лидеров. Именно поэтому подобные социальные волнения заставляли более консервативных людей связывать анабаптизм с социальным радикализмом.

Вначале Цвингли пытался дискутировать с анабаптистами на конференциях, однако его усилия по оправданию своей позиции и осторожность из-за зависимости от Цюрихского Совета лишь убедили анабаптистов в том, что их бывший лидер непоследователен и не может библейски обосновать крещение младенцев. Затем Цвингли прибегнул к публичным диспутам с Гребелем, Манцем Рейблином в присутствии членов Цюрихского Совета. Поддержка этим органом власти Цвингли не оказала желаемого впечатления на антипедобаптистов, и они продолжили свой «крестовый поход» за проповедь Евангелия и крещение верующих, анабаптистов стремительно увеличивалось. С момента зарождения движения и до его практически полного подавления (ок. 1535 г.) в Цюрихском кантоне существовало семьдесят антипндобаптистских организаций [5].

Совет, осознав тщетность ранее предпринятых усилий по убеждению анабаптистов в отказе от своих позиций, прибегнул к репрессиям. Между 1524 и 1527 гг. те, кто уже подвергся перекрещению, были оштрафованы, а совершение перекрещений запрещено под страхом изгнания из страны. Многие были брошены в тюрьму «на хлеб и воду». В течение некоторого времени могущественные друзья анабаптистских братьев мешали планам Цвингли. Одним из таких друзей анабаптистов был Яков Гребель, отец Конрада Гребеля. Это был богатый торговец железом из Цюриха. Однако 30 октября 1526 г. Конрад Гребель был обезглавлен за свои убеждения. После этого преследования стали еще более интенсивными. 16 декабря 1527 г. Совет начал расследование по выявлению и казни анабаптистских лидеров, которые считались раскольниками. Манц, Яков Фальк и Генрих Рейман были утоплены — этот вид казни считался наиболее подходящим для тех, кто был уличен в перекрещении! Преследования со стороны властей были столь суровыми, что к 1535 г. анабаптистское движение в Цюрихе было практически полностью подавлено.

НЕМЕЦКИЕ АНАБАПТИСТЫ

Вопрос о происхождении немецких анабаптистов является столь же неисследованным, как и вопрос о происхождении их швейцарских братьев. Это вызвано тем, что в Германии название «анабаптисты» применялось по отношению ко всевозможным радикалам. Многие из называемых этим именем были, по сути, педобаптистами. Ранние историки баптизма зачастую прослеживали связь между швейцарскими анабаптистами и известными в Саксонии в начале 1520-х годов «Цвиккаускими пророками»: Николаем Шторхом, Маркусом Штюбнером, Маркусом Томэ и Томасом Мюнцером. И все же не существует доказательств того, что кто-либо из них был типичным анабаптистом. Их движение по «введению царства» силой было несовместимо с непротивленческими настроениями швейцарских братьев. Единственным документом, свидетельствующим о связи между ними, который удалось обнаружить, является письмо Гребеля к Мюнцеру, предостерегающее его от насилия. Письмо так и не достигло адресата из-за безвременной смерти Мюнцера в 1525 г [7]. Анабаптистские лидеры в Германии были, в целом, свободны от фанатизма, хотя, как мы увидим, некоторые фанатики отождествляли себя с немецкими анабаптистами, стремясь завоевать последователей для своих социальных и экономических реформ.

Выдающимся немецким анабаптистом был Бальтазар Губмайер (1481—1528 гг.), родившийся в бедной семье во Фридбурге (Бавария). Образование он получил в Аугсбурге и во Фридбургском Университете. Здесь Губмайер был удостоен степени магистра гуманитарных наук, которая давала возможность заниматься преподаванием. Читая лекции по философии в Ингольштадтском Университете, он в 1512 г. получил степень доктора богословия. Таким образом, для своего времени Губмайер имел достаточно хорошее образование. Вплоть до 1521 г. он был ревностным римо-католиком и хорошим проповедником. Губмайер добился на этой стезе славы в Ратисбоне, куда он переехал в 1516 г.

Пасторская деятельность в Вальдшуте — австрийском городке, расположенном вблизи швейцарской границы, — сблизила Губмайера со швейцарскими реформаторами. В сентябре 1524 их влияние подвигло его на проведение аналогичных реформ в Вальдшуте. Это сразу же привлекло к нему внимание австрийских властей. Чтобы спасти город от репрессий, он покинул Вальдшут и переехал в Шафхаузен, где написал волнующее воззвание в защиту религиозной свободы, озаглавленное «О еретиках и тех, кто сжигает их». 29 октября 1524 г. Губмайер вернулся в Вальдшут, поскольку убедился, что его отсутствие там ничего не изменило. Более того, город нуждался в его руководстве, ибо существовала реальная угроза горожанам со стороны австрийского правительства.

Посещение Вальдшута Вильгельмом Рейблином, анабаптистским беженцем из Цюриха, привело к тому, что Губмайер заинтересовался вопросом о крещении верующих. В апреле 1525 г. он был крещен Рейблином, а затем в день Пасхи сам крестил более трехсот человек (используя ведро для молока, наполненное водой, которое он принес в церковь и установил в крестильне) [8]. С этого времени Губмайер стал признанным анабаптистским лидером. В течение нескольких следующих месяцев он участвовал в диспуте с Цвингли по поводу крещения. Для швейцарского реформатора Губмайер был опасным противником — не потому, что в своих выступлениях он основывался на Писании, но потому, что был раскольником.

В конце осени 1525 г. Губмайер бежал из Вальдшута, спасаясь от австрийских солдат, посланных, чтобы арестовать его. Он искал убежища в Цюрихе — очевидно, не осознавая, сколь нетерпимым по отношению к нему окажется Цвингли. Через три или четыре дня после появления в Цюрихе Губмайер был арестован по приказу Совета на том основании, что, по словам Цвингли, «…он вынашивал некий ужасный замысел». Публичный диспут с Цвингли, проведенный по распоряжению Совета, не помог его делу, хотя он и пристыдил Цвингли, доказав, что ранее тот высказывался против крещения младенцев, а теперь проявляет непоследовательность по отношению к своим ранним взглядам. В январе 1526 г. Цвингли, не прибегая к пытке, удалось добиться от него отречения. Губмайер был болен в это время, что, несомненно, ослабило его сопротивление. Когда же проводилась публичная церемония отречения, он взял свое отречение назад, навлекая на себя дальнейшее тюремное заключение и еще более плохое обращение. Находясь в тюрьме, он написал «Двенадцать догматов христианской веры». В них он изложил свою веру в то, что посредством крещения водой и Вечери верующие связываются со Христом в таинственном союзе, который один лишь приводит к спасению. Под пыткой он вторично отрекся от своих взглядов, и ему было позволено покинуть Цюрих в соответствии с приговором о ссылке.

Изгнание из Цюриха привело Губмайера в Констанцу, Аугсбург, а впоследствии в Николсбург в Моравии. Здесь в течение двух лет — с июля 1526 г. — его служение было очень плодотворным. За один год ему удалось завоевать сердца не менее шести тысяч обращенных, многие из которых были знатными людьми города, взявшими его под свою защиту [9]. Губмайер опубликовал, по крайней мере, семнадцать памфлетов и трактатов, шесть из которых были посвящены вопросу о крещении. Его произведения написаны отличным литературным языком. Они не были так сложны, как труды Эразма или Меланхтона, однако всегда были доброжелательными и библейски обоснованными.

В политическом отношении Губмайер не был радикалом. Он противостоял хилиастическому фанатизму Ганса Гута и Якова Видеманна, которые настаивали на насильственном установлении религиозной коммуны. В своем трактате «О мече» Губмайер стремился доказать крестьянам на основании Писания, что Бог установил человеческую власть и ей следует подчиняться; что христианин должен скорее безвинно пострадать, чем оправдывать себя; и что правительства должны защищать своих граждан. Этот подход к проблеме народа отличался от подхода Лютера, который призывал знать подавить восстание силой. После опубликования этого трактата в июне 1527 г. служение Губмайера окончилось, он был арестован и отправлен в Вену, где ему суждено было принять смерть.

Губмайер был арестован по приказу князя Фердинанда в июле 1527 г.; после этого он и его жена были отправлены в Вену, а затем в тюрьму в Грайстенштайне. Губмайер обратился за помощью к своему прежнему другу, Иоанну Фаберу, генеральному викарию епископа Констанцского. Однако Фабер ответил на его просьбу лишь пожеланием вновь обратить Губмайера в римско-католическую веру. Затем он обратился к императору, испрашивая возможность представить свое дело перед Констанцским Советом. В своем заявлении императору он выразил готовность согласиться с учением Римско-Католической церкви во всем, кроме крещения и Вечери Господней [10]. Это предложение было отвергнуто.

Хотя перспектива мученичества, безусловно, не была радостной для Губмайера, он взошел на костер с молитвой о прощении за свою нерешительность. Когда дрова были подожжены и появился огонь, он воскликнул: «О, Отец Небесный, о, мой милостивый Бог!» Даже тогда, когда уже горели его волосы и борода, он молился: «О, Иисус, Иисус!» Затем, объятый пламенем, он умер истинным мучеником. Его жена была приговорена к утоплению в Дунае.

Бальтазар Губмайер был поистине великим реформатором. Его идеи не встретили одобрения со стороны признанных лидеров Реформации, и поэтому он до недавнего времени не упоминался в числе героев Реформации. Память о нем следует сохранять хотя бы из-за его трех великих принципов:

1. главенство Писания;
2. религиозная свобода;
3. крещение верующих.

Именно за них он отдал свою жизнь. Известным современником Губмайера был Иоанн Денк. Считается, что он был уроженцем Баварии. Только последние годы его сравнительно короткой жизни описаны с некоторой степенью достоверности. В 1523 г. Денк посещал лекции Экколампадия (Гейсгейна). Этот известный базельский богослов в своих доктринальных взглядах не был ни лютеранином, ни цвинглианцем, но арминианцем. В 1525 г. Губмайер, навещая Денка в Сент-Галле, обратил его в анабаптистское учение и крестил.

Денк, как и его духовный отец Губмайер, верил в отделение церкви от государства. Однако он был сторонником мнения о том, что христиане должны использовать силу для борьбы с государством. Однако и Губмайер в отличие от многих анабаптистов считал, что христиане могут использовать силу, находясь на государственной службе, если это не связано с религиозными притеснениями. Данное исключение находилось в согласии с их взглядами на гражданскую и религиозную свободу. Денк избежал ареста и возможного мученичества благодаря частым переездам. В 1527 г. он умер от чумы в Базеле.

Немецкие анабаптисты терпели преследования как со стороны лютеран, так и со стороны римо-католиков. Лютер с самого начала считал их фанатиками и раскольниками, опасными для успеха движения. Согласно решению Рейхстага в Шпейере в 1529 г., приверженность анабаптистским взглядам стала караться смертью. Большинство чиновников на лютеранских территориях старались не прибегать к смертной казни — они не колеблясь налагали штрафы, приговаривали к тюремному заключению и изгнанию. В некоторых случаях анабаптистов казнили. Это относится, в первую очередь, к Мюнстеру, где восстание хилиастически настроенных фанатиков было подавлено с особой жестокостью. В Пфальце, куда переселились беженцы из Швейцарии, в течение нескольких лет около трехсот пятидесяти человек было казнено по обвинению в анабаптизме. В Бадене, южногерманской провинции на восточном берегу Рейна, мученическую смерть приняло тридцать шесть человек. В Баварии между 1527 и 1581 годами двести двадцать три человека были казнены как еретики [11].

Действительно, фанатизм с самого начала угрожал всему движению из-за действий Шторха и Мюнцера в 1520-е годы и Мюнстерского восстания в 1535 г. То, что их роль была преувеличена и неверно истолкована, в настоящее время признано историками, объективно рассмотревшими факты. В движении действительно были экстремисты, однако они не составляли большинства анабаптистов — ни при решении доктринальных вопросов, ни в практической жизни. Например, ошибочно утверждалось, что крестьянский лидер Томас Мюнцер (1490—1525 гг.), чьи радикальные социальные и политические взгляды хорошо известны, был анабаптистом. Этот человек представлял собой смесь таланта, учености, фанатизма и оппортунизма. Его основной целью, похоже, было увести крестьянство и церковь от традиционной модели. Ньюман утверждает, что:

«Его целью было создание такого религиозно-государственного устройства, при котором частная собственность была бы полностью отменена, и каждый человек имел бы достаточно, но не более чем достаточно общего продукта, при этом он должен вносить вклад в соответствии со своими способностями. Он был социалистом в современном смысле слова; однако его социализм был основан не просто на естественном праве — он был евангельским требованием» [12].

Для осуществления этой программы и достижения окончательной победы верующих, которые должны были взять в руки меч, Мюнцер в середине июля 1524 г. организовал более тридцати тайных обществ в таких немецких городах, как Альштадт, Айслебен, Мансфельд, Сагерхаузен, Франкенхаузен, Кверфурт, Галле, Ашерсдебен, Нордхаузен, Мюльхаузен и в некоторых швейцарских общинах. Эти общества поддерживали его учение и готовились к военным действиям во время восстания. Центром революционного духа, похоже, был Мюльхаузен, где в 1525 г. Мюнцер и его соратник Генрих Пфайфер практически начали восстание своим выступлением против Лютера, духовенства и городского Совета. Когда в том же году крестьянское восстание, зародившееся в Швабии и Эльзасе, в начале мая достигло Мюльхаузена, Мюнцер призвал людей взяться за меч, чтобы, подобно ветхозаветным святым, с помощью Божьей уничтожить угнетение. К несчастью, князья, благословляемые Лютером, также взялись за меч и, располагая большой силой, уничтожили крестьян, .убив около ста тысяч повстанцев. Сам Мюнцер был арестован и казнен [13].

Нельзя отрицать, что Мюнцер, Пфайфер и настроенный аналогичным образом радикал из Цвиккау Николай Шторх были религиозными идеалистами. Однако следует признать, что их фанатизм произвел больше зла, чем добра. Утверждение о том, что эти хилиастические экстремисты были анабаптистами, является ошибочным. Хотя они отрицали, что крещение младенцев является библейским обрядом, они, тем не менее, практиковали его до конца своей деятельности. Не имеется убедительных свидетельств того, что кто-либо из них принял повторное крещение или повторно крестил верующих. Вполне возможно, что оппортунизм Мюнцера заставил его некоторое время держаться вместе с анабаптистами (которые были в основном крестьянами), чтобы достичь определенных целей в своих реформационных усилиях. Поскольку он был фанатиком, который стремился силой достичь «золотого века», его связи с анабаптистами (какими бы слабыми они ни были) заставили лидеров господствующих партий отождествлять его экстремизм с анабаптистским движением. Это позволило многим связывать антипедобаптистское учение с радикализмом, который мог привести к ужасам, порожденным фанатизмом. Однако научное мнение, явившееся результатом современных исследований, гласит:

«Движение Мюнцера-Шторха естественно завершилось «Мюнстерским королевством» 1535 г., а не евангелическим движением, которое, зародившись в Цюрихе, стремительно распространилось по Европе и которое как до начала Крестьянской войны, так и после нее осуждало кровожадные высказывания Мюнцера» [14].

Ужасы Мюнстерского восстания, которое произошло в 1535 г., через десять лет после Крестьянской войны, также принесли анабаптистам дурную славу [15]. После подавления Крестьянского восстания 1525 г. в городе Мюнстере и на всей территории Вестфалии были запрещены все формы протестантизма. Поскольку Мюнстер был значительным церковным центром, распутный характер князя епископа Фридриха и безразличие церкви к духовным нуждам народа были еще более заметны. Жажда по евангелическому учению усиливалась под влиянием проповеди Бернарда Ротмана в церкви Св. Морица недалеко от Мюнстера. Он был блестящим молодым священником, взгляды которого сформировались под влиянием «Братьев совместного жития» и под впечатлением учения Лютера и Цвингли. Несмотря на противодействие властей его проповедям, количество последователей Ротмана росло. В своих проповедях он сочетал реформаторское учение Лютера с призывом бороться за права простого человека. Попытка нового епископа — графа Франца фон Вальдека — во второй половине 1532 г. изгнать всех антикатолических проповедников и покарать всех граждан, которые поддерживали их, была успешно отражена с помощью ландграфа Филиппа Гессенского и герцога Эрнста Люнебергского.

Мир, заключенный в феврале 1533 г., давал ряд преимуществ евангелистам, поскольку каждая община получила право выбирать своего пастора. Совет, действующий под руководством Ротмана, закрыл монастыри, распорядился о евангелическом обучении и заботе о бедных. Католические священники, сильно обеспокоенные и лишенные общественной поддержки, покинули город.

Когда в мае 1533 г. Ротман, находясь под влиянием нескольких анабаптистов, посещавших город в 1532 г., объявил, что не признает крещения младенцев, он столкнулся с противодействием со стороны своих лютеранских друзей. Совет отказал в разрешении анабаптистским проповедникам занимать пасторские должности. По этому решению Ротман лишился своего прихода. Его пригласила другая община с условием не высказываться по поводу крещения младенцев, на что он временно согласился. В тот период анабаптисты еще ни в коей мере не были фанатичными или воинствующими, ибо еще не пришло время, когда стали нагнетаться страсти под влиянием хилиастических идей. В конце 1533 г. Мельхиор Хофман — духовидец, который повторно крестился в Страсбурге в 1530 г. и крестил тысячи людей в Германии и Голландии, — прибыл в Страсбург, чтобы ожидать начало тысячелетнего царствия Христова, предсказываемого им в том году. Он был сразу же арестован, судим и приговорен к тюремному заключению.

Новым лидером анабаптистов стал один из обращенных Хофманом — Ян Мэтис, фанатично настроенный пекарь из Гарлема. Снедаемый ненавистью к правящим классам, которых он считал угнетателями бедных, не обладавший терпением, чтобы ждать божественного правосудия, он провозгласил себя пророком Енохом, который, по предсказанию Хофмана, должен был появиться как раз перед вторым пришествием Христа.

В начале января 1534 г. Мэтис послал двух эмиссаров в Мюнстер, чтобы объявить о явлении в его лице Еноха и провозгласить, что приближается тысячелетнее царство, в котором крещенные будут жить общинной жизнью без законов, магистратов и брака. К этому времени (то есть к 13 января 1534 г.) анабаптисты в Мюнстере представляли достаточную силу. Они приняли эмиссаров — Иоганна Бокельсона, называемого также Иоганном Лейденским, и Герта фон Клостера. Эти эмиссары и возглавили движение. 23 февраля 1534 г. торговец тканями и влиятельный гражданин Бернхардт Книппердоллинк был избран гражданским .главой города. После некоторых колебаний Ротман примкнул к народному движению «нового порядка». Иоганн Лейденский достиг определенного социального положения, женившись на дочери Книппердоллинка. Ночью, на тайных собраниях, были крещены сотни людей.

Анабаптисты устремились в город отовсюду. Мюнстер стал для них «Сионом Божиим». Когда власть Иоганна окрепла, «…собственная церковь епископа была безжалостно разграблена; алтари, образа и крестильные купели были разбиты на кусочки; мощи святых были осквернены; монастыри были разграблены; бесценная мюнстерская библиотека была сожжена» [16]. Католики и евангелисты, которые отказывались перекрещиваться, были изгнаны из города.

Когда в марте 1534 г. возобновились преследования анабаптистов в Голландии, Мэтис объявил, что ему было послано видение о том, что Мюнстер, а не Страсбург в Эльзасе, станет Новым Иерусалимом. Он послал вестников, чтобы его приверженцы встречали его 24 марта 1534 г. в Мюнстере, куда он направлялся, чтобы учредить там теократию. Он и Иоганн Лейденский не колеблясь предложили убить всех безбожников, которые оставались в городе. Однако против этого высказался Книппердоллинк, который опасался, что такие действия вызовут всеобщее возмущение христиан.

Вначале епископу не удалось собрать необходимое войско для подавления движения, поскольку протестантские князья опасались восстановления Мюнстера как оплота католической церкви. Однако вскоре епископ собрал достаточное количество сил, чтобы осадить (хотя и не полностью) город. В апреле 1534 г. Мэтис, возглавивший вылазку против осаждавших город, был убит. Таким образом, к власти пришел Иоганн Лейденский. Целый год длилась неописуемая оргия, в ходе которой он объявил себя королем, учредил многоженство и безжалостно убивал всех, кто противился его воле. В конце этого ужасного периода оставшиеся в живых горожане были убиты осаждавшими Мюнстер солдатами.

Успешное подавление Мюнстерского восстания явилось сигналом для усиления преследования анабаптистов во всей Европе на том основании, что они представляли потенциальную угрозу законности и порядку. Считается, что «…Филипп Гессенский был единственным правителем в Западной Европе, который еще проводил разграничение между фанатиками и теми, кто тихо противился крещению младенцев, стремясь исключительно духовными средствами восстановить христианство в его первоначальной форме» [17]. Если бы и другие правители проявили такую же непредубежденность и различали бы тех немногих, кто проповедовал сопротивление власти с мечом в руках, и то большинство, которое учило подчинению магистратам в гражданских вопросах, — ужасное истребление анабаптистов не омрачало бы историю как протестантов, так и римо-католиков.

Причиной беспощадных преследований анабаптистов государственными церквами был, несомненно, страх перед социальной и политической революцией, а не только опасения, что анабаптистское учение может нарушить «статус-кво» официальных религиозных округов. «Коммунистический эксперимент» не удался, и те, кто потерпели неудачу, стали «козлами отпущения», на которых свалили всю антипатию к социальной революции и религиозному радикализму, которую испытывали подавившие восстание. То, что анабаптисты в большинстве своем не разделяли идеалы министерских лидеров, не имело значения для тех, кто опасался перемен и беспорядка в обществе. Из этого не следует вывод о том, что министерские повстанцы не достойны осуждения, а лишь то, что анабаптисты (в целом) не должны были страдать из-за крайностей мюнстерских радикалов.

МЕНОНИТЫ

Несмотря на суровые преследования, которые угрожали прекратить деятельность анабаптистов в Европе после трагических событий 1535 г., деятельность антипедобаптистов продолжалась, хотя и с определенными трудностями. Это стало возможным благодаря нескольким факторам. Во-первых, то обстоятельство, что анабаптисты мало зависели от организации для продолжения своей деятельности, позволило им совершать тайные личные богослужения и таким образом поддержать и продолжить свое существование как движения. Вторым обстоятельством стала терпимость, проявленная к ним ландграфом Филиппом Гессенским, а затем графиней Анной (регентшей Восточной Фрисландии) и Яном Ласицким (польским вельможей и бывшим священником, которому графиня доверила управление религиозными делами на своей территории). Они, «…в отличие от большинства правителей и богословов — как католических, так и протестантских — проводили разграничение между тихими антипедобаптистами и хилиастическими фанатиками» [18]. Третьим обстоятельством было существование в Нидерландах небольшого числа верующих, обращенных последователями Мэтиса. В их числе были Дирк и Оббе Филипс и Леонард Боуенс из Эмдена в Восточной Фрисландии. По отношению к ним со стороны государства проводилась политика терпимости, и поэтому они не были склонны идти радикальным путем Яна Мэтиса. Вместо этого они придерживались анабаптистского свидетельства, свободного от фанатизма. Четвертым и, вероятно, самым важным обстоятельством стало принятие анабаптистских взглядов видным священником Менно Симонсом из Западной Фрисландии, которому было суждено «…выбрать из завалов созданных всплеском хилиастического фанатизма в 1534—1535 гг., все здравые евангельские элементы и продолжить — по старому евангельскому пути — дело восстановления первоначального христианства…» [19].

Менно Симонс (ок. 1492—1561 гг.), образованный и миролюбивый человек, около 1519 г. стал священником. Его первым приходом была деревня Пингюм в Западной Фрисландии, примыкающая к Витмарсуну, месту его рождения. По собственному свидетельству Менно, вначале он очень небрежно относился к исполнению своих обязанностей и потакал многим своим желаниям. На третьем году своего служения его стали беспокоить сомнения по поводу доктрины пресуществления элементов мессы в тело и кровь Христовы. Это привело его к изучению произведений немецких и швейцарских реформаторов, изучая которые, он столкнулся с вопросом о крещении младенцев. Отвергая взгляды Лютера, Буцера и Буллингера — взгляды, представлявшие собой компромиссное толкование в поддержку сохранения обряда — он около 1536 г. принял анабаптистскую точку зрения.

Однако тайные контакты Симонса с анабаптистами начались еще в 1534 г., когда он все еще занимал должность священника [20]. Казнь его брата, бывшего анабаптистом, в 1535 г. возбудила в нем желание избавить анабаптистов от фанатизма Иоганна Лейденского. Этого он и добивался в своих проповедях и произведениях. В 1536 г. Менно Симонc открыто отказался от католицизма, а в 1537 г. после некоторых колебаний принял предложение делегации «тихих антипедобаптистов» стать их лидером. С тех пор он стал на их защиту, всегда настаивая на обязанности христиан не сопротивляться злу ни при каких обстоятельствах. Это делалось в противовес учениям, вдохновлявшим на борьбу участников Мюнстерского восстания. Менно удавалось трудиться в Западной Фрисландии в сравнительной безопасности вплоть до 1542 г., когда власти предложили награду за его поимку. После этого он переехал в Восточную Фрисландию, где графиня Анна предлагала защиту анабаптистам. В Эмдене Менно близко сошелся с Дирком, Оббе Филипсом и Леонардом Боуенсом, чьи взгляды были свободны от фанатизма. Последнее обстоятельство позволило анабаптизму в этой местности предстать в более выгодном свете. «Таким образом, Менно ни в коем случае не следует считать основателем вероисповедания, которое носит его имя, а лишь организатором и лидером людей (уже достаточно многочисленных), ждущих вождя, который повел бы их к плодотворной деятельности» [21].

С 1543 по 1546 гг. Менно трудится в Кельне, где архиепископ-курфюрст Герман фон Вид принял лютеранство. С 1546 по 1555 гг. он несет служение, в основном, в Остзейском регионе вблизи Висмара. Здесь служение Менно было прервано декретом, изданным шестью лютеранскими городами Ганзейского союза (к которому принадлежал и Висмар) о запрещении деятельности всех антипедобаптистов. С этих пор и до своей смерти 23 января 1559 г. он и его последователи нашли убежище в Вюстенфельде у графа Варфоломея фон Алефельдта, который еще со времени своего пребывания в Нидерландах хорошо относился к анабаптистам.

Во время лидерства Менно Симонса анабаптисты стремились избавиться от своего названия не только потому, что им не нравилось указание на перекрещение, но и из-за клейма, которое лежало на этом названии после Мюнстерского восстания. Они предпочитали называться просто «братьями». Однако со временем анабаптисты стали называться «менонитами» — по имени своего руководителя.

В вопросах доктрины, приняв взгляды Мельхиора Гофмана на воплощение Христа, который отрицал истинную человечность Христа, Менно Симоне отошел от позиций, занимаемых большинством анабаптистских лидеров. Кроме того, в своем учении о грехе и благодати он переоценивал свободу человеческой воли. На ассамблее его братьев, состоявшейся в 1555 г. в Страсбурге, взгляды Менно были поставлены под сомнение. Еще одним поводом для спора с его последователями стала чрезвычайно строгая позиция Менно Симонса в вопросах дисциплины. Он, например, настаивал на том, чтобы брак был разрешен лишь между членами братства; в случае развода повторный брак разрешался лишь в том случае, если один из бывших супругов повторно вступил в брак или стал вести безнравственный образ жизни; чтобы военная служба была запрещена; чтобы долги выплачивались во-время; чтобы было позволено проповедовать лишь тем, кто был избран церковью и посвящен на это служение старейшинами. Вторая ассамблея братьев, состоявшаяся в Страсбурге в 1557 г., призвала к более либеральному трактованию подобных правил с учетом каждого конкретного случая и обычаев страны, где находится церковь; особенно это относилось к вопросу о разводе. Подобные споры приносили сильное огорчение Менно Симонсу в последние годы его жизни.

Со временем образовались три отчетливых направления анабаптизма, которые принципиально отличались друг от друга в вопросах дисциплины: ватерландцы (придерживавшиеся смягченной позиции); фризийцы (умеренные, но несколько более строгие); флемийцы (чрезвычайно строгие). Разногласия по второстепенным вопросам привели к дальнейшим разделениям. Однако в XVII веке наметилась тенденция к союзу, особенно между фризийцами и флемийцами, которые в 1632 г. объединились на основе Дордрехтского исповедания веры. Менониты часто подвергались преследованиям. Согласно статистике, в период между 1531 и 1597 гг. три четверти из двух тысяч мучеников в Нидерландах были менонитами. И все же их численность увеличивалась [22].

Рост численности Менонитских Братьев (особенно в Голландии и Западной Фрисландии) объяснялся несколькими причинами.

1. Приобретение нового названия взамен печально знаменитого «анабаптисты».
2. Осуждение таких идей, как: многоженство, скорое второе пришествие Христа, установление царства Божьего с помощью меча.
3. Простота образа жизни, приверженность пацифизму, невмешательство в дела правительства и благочестие.
4. Готовность стойко переносить преследования.
5. Извлечение пользы из политики веротерпимости, проводимой Принцем Оранским после 1579 г., когда Нидерланды освободились от испанского господства.

АНАБАПТИСТЫ В АНГЛИИ

Существуют различные мнения относительно численности анабаптистов в Англии до 1550 г. Баррэйдж указывает, что «…списки государственных документов явственно указывают на незначительное количество изолированных анабаптистов в Англии, которые были, главным образом, иностранцами, вскоре либо высланными из страны, либо сожженными». Кроме того, по его сведениям, до этой даты нет каких-либо доказательств существования анабаптистских произведений, написанных англичанами или представителями континентальной Европы в Англии до 1550 г. Были напечатаны, однако, две или три книги, критикующие сторонников анабаптистских взглядов. Следовательно, их учение уже было известно. Вплоть до последней четверти XVI века количество анабаптистских иммигрантов в Англии было небольшим. Баррэйдж делает вывод о том, что учение анабаптистов, которое никогда не было особо привлекательным для англичан в XVI веке из-за слишком свежих воспоминаний о Мюнстерском восстании, практически не оказывало влияния на английский сепаратизм вплоть до 1612 г. [23].

С другой стороны, согласно относительно недавним исследованиям истории менонитов, анабаптистское учение было известно в Англии уже в XVI веке. Большое количество представителей этой секты прибыли в страну в период с 1528 до 1573 гг., когда их уже насчитывалось пятьдесят тысяч человек. Такому притоку способствовали экономические условия, поскольку в Англии существовал широкий рынок стабильной работы. Анабаптисты собирались в таких городах, как Лондон, Норвич, Доувер, Сэндвич, Кентербери, Колчестер и Гастингс. Ранние анабаптистские беженцы были последователями фанатического учения Мельхиора Хофмана, а последующие были менонитами, отвергающими подобный радикализм [24].

В 1530 г. собрание епископов и других богословов, созванное архиепископом Уорэмом по приказу Генриха VIII, осудило анабаптистскую книгу, озаглавленную «Сумма Писания». В 1535 г., когда монарх стал верховным главой Английской церкви, было издано два эдикта, направленных против анабаптистов и сакраментариев. В 1538 г. были предприняты меры по изгнанию из страны тех, кто придерживался анабаптистских взглядов. В 1549 г. (в период царствования сына Генриха, Эдуарда VI) проповеди епископа Лэйтимера содержали предостережения против этой «секты еретиков». Он обвинял анабаптистов в анархизме, что было типичным обвинением того времени [25].

Проблема выявления истины в этом вопросе осложняется тем, что в то время название «анабаптисты» использовалось по отношению к самым разнообразным группам радикалов. Существовала группа так называемых английских анабаптистов, известных как «Семья Любви». Она действовала в стране в период царствования королевы Елизаветы I, которая взошла на престол в 1558 г. Эта секта возникла на континенте под руководством Генри Николаса (Никлеса), уроженца Мюнстера, который в 1530 г. переехал в Амстердам, чтобы заняться торговлей шелком и бархатом. Не имея никакой связи с «Мюнстерским королевством», он в 1540 г., якобы, услышал призыв свыше стать пророком. Спустя шесть лет он написал небольшую книгу, которая до сих пор хранится в менонитской библиотеке Амстердама. Она была озаглавлена «О духовной земле обетованной, о небесном Иерусалиме и святом народе». В этой книге Николас отстаивал идею «духовного брака», похожую на более позднее (XIX в.) мормонское учение, возникшее в Америке. Он учил также, что в теле нет ничего нечистого. На континенте «нагие бегуны», как их называли, появились во многих городах. Эти «нагие бегуны», которые были, якобы, анабаптистскими фанатиками, похоже, на самом деле являлись последователями Николаса. Секта Николаса, переехавшая в Англию, была известна как фамилисты и снискала дурную славу из-за своей безнравственности, как и мормоны в Америке три века спустя [26].

Николас представлен нам стараниями своего биографа и последователя Тобиаса. Согласно описанию, Николас вполне мог совершить путешествие в Англию. Мистический язык, используемый биографом, не позволяет сделать более точные выводы. В любом случае наиболее талантливым проповедником учения Николаса в Англии был Кристофер Вайтел, столяр из Саутварка, который перевел многие произведения Николаса с голландского языка на английский. К концу XVI и в первой половине XVII веков появилось несколько трактатов, критикующих и отстаивающих доктрины Николаса. Талантливый историк анабаптистского движения Бакс признает, что вопрос об исторической связи между «Семьей Любви», анабаптистами и рантерами, квакерами, Джоном Буньяном и современными баптистами является достаточно проблематичным. И все же их характеризует большое сходство в рассмотрении вопросов о Святом Духе, благочестивой жизни и доктрине непротивления. Бакс усматривает в книге Джона Буньяна «Путешествие пилигрима» поразительные параллели с книгой Тобиаса «Mirabilia opera Dei: Некоторые замечательные дела Божьи, которые произошли с Х.Н. [т. е. Николасом], начиная с его юношества». Он считает вполне допустимым тот факт, что Буньян прочел книгу Тобиаса [27].

Представляется возможным, что около 1620 г. Эдмонд Джессоп (после того, как он стал анабаптистом) близко сошелся с фамилистами. Используя собственный опыт, он рассказывает об их взглядах, описывая их как крайне мистическое и не типичное для традиционного христианства учение о Христе и искуплении: фамилисты считали свою «Семью Любви» совершенной церковью, по отношению к которой все остальные церкви были лишь слабыми подобиями [28]. Можно смело прийти к заключению, что эту общину нельзя считать ветвью анабаптистов. Тот факт, что многие считали ее таковой, является еще одним доказательством путаницы, связанной с использованием термина «анабаптисты».

Барроуисты (как их называли) были последователями Генри Барроу. В 1593 г. он был казнен за то, что отстаивал идеи пуританского сепаратизма. Тогда члены общины под руководством его более удачливого современника Фрэнсиса Джонсона эмигрировали в Кампен (Голландия). Там в их общине стало проявляться влияние голландских анабаптистских взглядов, что привело к образованию первых английских анабаптистских групп, о которых мы располагаем вполне определенной информацией. Это неудивительно, поскольку барроуисты (в целом) были не анабаптистами, а катабаптистами (это значит, что они отвергали крещение младенцев в том случае, когда оно, по их мнению, неправильно совершалось в Англиканской церкви, предпочитая, чтобы дети оставались некрещенными до тех пор, пока они смогут быть крещены истинным проповедником Евангелия). Наиболее последовательным сторонникам библейской практики потребовался всего один шаг, чтобы перейти на позиции полного отрицания крещения младенцев и практике крещения только верующих. Сделавшие это были за свои взгляды отлучены от церкви Джонсона. Баррэйдж делает вывод, что английское «…анабаптистское движение возникло в Кампене около 1594 г. под влиянием голландских менонитов. Оно могло привести к переезду общины Джонсона из Кампена в Наарден, что вскоре и произошло». Имеются свидетельства того, что один из них, англичанин, приблизительно в это время перекрестил себя. Следовательно, Джон Смит, считающийся отцом английских баптистов, о котором будет подробнее рассказано в следующей главе, не был первым английским самобаптистом (самоперекрещенцем) [29].

Как и другие сепаратистские секты, анабаптисты подверглись преследованиям при монархах династии Тюдоров. К концу семнадцатого века, когда Стюарты стали проводить против них аналогичную политику, многие из анабаптистов нашли убежище в Нидерландах. Среди антипедобаптистских беженцев была гейнсбороская община, возглавляемая в 1606—1607 гг. Джоном Смитом, которой суждено было стать первой английской (в строгом смысле слова) баптистской церковью.

В отношении связи между анабаптистами и баптистами вполне можно сказать, что последние являются духовными потомками некоторых анабаптистов. Не существует доказательств какой-либо исторической преемственности между двумя группами. Кроме того, из-за следования разнообразным доктринам учения не все анабаптисты могут считаться духовными предшественниками баптистов. По сути, подобная связь восходит лишь к тем анабаптистам, которые проповедовали крещение верующих, церковь, состоящую из возрожденных членов, и высший авторитет Писания в вопросах веры. Замечательная традиция гражданской и религиозной свободы, за которую было отдано столько жизней, осталась жива благодаря людям, которых мы называем баптистами. Однако нежелание последних придерживаться менонитских принципов пацифизма, неучастие в гражданском управлении и отказ от принятия присяг являются серьезными отличиями между этими двумя группами.

СНОСКИ:

1. R.J. Smithson (Р.Дж. Смитсон), «The Anabaptists: Their Contribution to Our Protestant Heritage» (Анабаптисты: Их вклад в наше протестантское наследие) (London, 1935), 23-34.

2. John C. Wenger (Джон С. Уэнгер), «Glimpses of Mennonite History and Doctrine» (Взгляд на историю и доктрину менонитов) (Scottdale, Pa., 1947), 9; Harold S. Bender (Гарольд С. Бендер), «Conrad Grebel, the Founder of the Swiss Brethren» (Конрад Гребель, основатель Швейцарских Братьев) (Goshen, Ind., 1950).

3. Там же, 23-4.

4. Albert H. Newman (Альберт Х. Ньюман), «A History of Antipedobaptism» (История антипедобаптизма) (Philadelphia, 1897), 103.

5. Там же, 145. Согласно Wenger, «Glimpses of Mennonite History and Doctrine», 39, остатки организации Швейцарских братьев просуществовали в Цюрихе до 1735 г.

6. Wenger, op.cit., 31.

7. Там же, 7; ср. с утверждением Смитсона (The Anabaptists, 42) о том, что учение Мюнцера о крещении младенцев было чисто академическим, поскольку, отрицая крещение младенцев, он сам не перекрещивался.

8. Henry C. Vedder, (Генри С. Веддер) «Balthasar Hubmaier: the Leader of the Anabaptists» (Бальтазар Губмайер: лидер анабаптистов) (New York, 1905), 112.

9. Там же, 152.

10. Там же, 230-4.

11. Wenger, Glimpses of Mennonite History and Doctrine, 47, 53, 56-7; E. Belfort Bax (Е. Белфорт Бакс), «Rise and Fall of the Anabaptists» (Возникновение и падение анабаптистов) (London, 1903), chap. 9.

12. Newman, «A History of Anti-pedobaptism», 77-8.

13. Подробный рассказ см. в кн. Newman, op.cit., chap.7.

14. Newman, «A History of Anti-pedobaptism», 86-7.

15. Подробный рассказ см. в кн. Newman, op.cit., chaps. 21-2, и Bax, «Rise and Fall of the Anabaptists», chaps. 5-9.

16. Henry E. Dosker (Генри Е. Доскер), «The Dutch Anabaptists» (Голландские анабаптисты) (Philadelphia, 1921), 75-6. Эта работа основана на использовании автором «Bibliotheca Reformatoria Neerlandica» — десятитомного собрания разрозненных фрагментов анабаптистских документов, собранного и отредактированного д-ром С. Крамером и Ф. Пайпером (1903-1914).

17. Newman, «A History of Anti-pedobaptism», 291.

18. Там же, 301.

19. Там же, 296.

20. Более подробный рассказ о жизни Менно Симонса см. в кн. Newman, op.cit., chap. 23, и Wenger, «Glimpses of Mennonite History and Doctrine», chap. 6.

21. Newman, op.cit., 301-2.

22. Wenger, «Glimpses of Mennonite History and Doctrine», 83.

23. Champlin Burrage (Чэмплин Баррэйдж), «The Early English Dissenters in the Light of Recent Research, 1550-1641» (Ранние английские религиозные диссиденты в свете современных исследований, 1550-1641 гг.), 2 тома (Cambridge, 1912), I, 41-2, 55-61, 64, 68.

24. Подробный рассказ приводится в книге Вах, «The Rise and Fall of the Anabaptists», 332 ff. См. также Dosker, «The Dutch Anabaptists», 45-6. Доскер считает бездоказательным мнение Веддера о том, что уменьшение преследований на континенте привело к снижению потока эмиграции анабаптистов в Англию, пока они окончательно не исчезли. «Они оставили слишком много следов в нонконформистской жизни Англии, чтобы можно было принять эту теорию».

25. Вах, op.cit., 337.

26. Dosker, op.cit, 52-8.

27. Вах, op. cit., 338-65, 368-83. Экземпляр книги Тобиаса (возможно, перевод С. Вире, Лондон, 1550 г.) хранится в Хоутонской библиотеке Гарвардского университета; знакомство с ней заставляет автора согласиться с мнением Бакса.

28. Edmond Jessop, «A Discovery of the Errors of the English Anabaptists» (Раскрытие заблуждений английских анабаптистов) (London, 1623), цитируемая в кн. Burrage, «Early English Dissenters», I, 212-4.

29. Burrage, op.cit., I, 126-7, 222-4. По поводу самоперекрещенца он ссылается на свидетельство английского автора, Henoch Clapham (Енох Клэпэм), «Antidoton: (or) A Soveraigne Remedie Against Schisme and Heresie…» (Антидотон: (или) Королевское средство против раскола и ереси»), 1600.

Реклама
Запись опубликована в рубрике Наше кредо. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s