ПАЦИФИЗМ В РАННЕМ АНАБАПТИЗМЕ

Человек с посохом

ПАЦИФИЗМ В РАННЕМ АНАБАПТИЗМЕ

Васильева Марина Викторовна

Оригинальное название статьи: Пацифизм в анабаптизме второй четверти XVI века (на примере швейцарских и хуттеровых братьев)

Источник:  «Вестник Поморского университета». Серия «Гуманитарные и социальные науки», Архангельск, изд-во Поморского университета, № 8, 2008, С. 8-14.

В статье анализируются пацифистские взгляды представителей двух анабаптистских течений — швейцарским и хуттеровых братьев — во второй четверти XVI в. На конкретно-историческом материале исследуется формирование и развитие у них принципа отказа от насилия. Материалы дискуссии об уплате военных налогов «истинно верующими» позволяют автору выявить разницу в понимании пацифизма швейцарскими и хуттеровыми братьями.

Реформация, анабаптизм, швейцарские братья, хуттеровы братья, пацифизм, вопрос о «мече».

В отечественной исторической науке, по всей видимости, под влиянием сложившейся в советское время концепции «народной реформации», в которой простой народ выступал преимущественно в роли носителя бунтарского духа, при обращении к истории анабаптизма XVI века долгое время в первую очередь было принято говорить об участии анабаптистов в кровавых событиях Крестьянской войны в германских землях и о трагедии Мюнстерской коммуны1. На этом фоне «мирные» анабаптисты несколько отступали на второй план. В западной историографической традиции, где анабаптизм в различных его проявлениях исследовался углубленно, его пацифистским направлениям уделялось значительно больше внимания2.

Основы пацифизма в анабаптизме были заложены швейцарским братьями3. Идея ненасилия присуща швейцарскому анабаптизму изначально. Уже в 1524 г. швейцарские анабаптисты в своем письме увещевали Т. Мюнцера не применять оружия, так как «истинно верующие христиане — овцы среди волков; агнцы, ведомые на заклание», которые должны «подвергнуться испытанию огнем и обрести вечное успокоение, убивая своих врагов не телесно, а духовно». В письме подчеркивалось: «Евангелие и его приверженцев не следует защищать мечом, также и они не должны им защищаться»4.

В наиболее обобщенном виде раннюю анабаптистскую идейную платформу отражают семь «Шлайтхаймских статей»5, разработанных в феврале 1527 г. на собрании анабаптистов в Шлаттене (ныне Шлайтхайм)6. Эти статьи замысливались как общая анабаптистская платформа, в основу которой были положены идеи швейцарских братьев, главным выразителем которых в Шлайтхайме был Михаиль Затлер7. В четвертой и шестой статьях этого документа отчетливо отражается пацифистская позиция его авторов.

В мае 1527 г. в Роттенбурге-на-Неккаре прошел судебный процесс над группой анабаптистов во главе с М. Затлером. Во время судебного разбирательства против Затлера был использован текст «Шлайтхаймских статей», изъятый у него во время ареста. В девятой статье обвинений, предъявленных Затлеру, утверждалось: «…он [Затлер] говорил, что если турок придет в страну8, то ему не следует оказывать сопротивления, а если бы война была справедлива, он лучше предпочел бы выступить против христиан, чем против турок». Этот пункт обвинения на суде выдвигался как наиболее тяжелый. В документе прямо указано, что «особенно большая вина» Затлера состоит в привлечении «против нас, нашей святой веры самых больших [наших] врагов»9.

Затлер в ответе на обвинение не отрицал того, что он, «если бы война была справедлива», предпочел бы участвовать в войне против христиан, чем против турок, однако уточнил, что речь идет о «мнимых христианах» — тех, «которые христиан благочестивых преследуют, ловят и убивают». При этом он ссылался на то, что «турок есть турок, и ничего не знает о христианской вере, он — турок по плоти», а «мнимые христиане» похваляются именем Христа, но преследует его «благочестивых свидетелей» и являются «турками по духу»10.

Слова документа «если бы война была справедлива» («wenn Kriegen recht were») можно было бы истолковать как допущение Затлером возможности ведения «справедливой войны» (войны за «истинную веру») и участия в ней «истинно верующих». Такое толкование хорошо вписывается в традиционное для Средневековья представление о «справедливых» и «несправедливых» войнах11. Однако допущение Затлером возможности участия анабаптистов в «справедливой войне» противоречит его пацифистской позиции, достаточно четко обозначенной в другой части его ответа на обвинения и в выработанных под его руководством «Шлайтхаймских статьях».

Отвечая на обвинение в призыве не оказывать сопротивления туркам, Затлер ссылается на то, что в Писании сказано: «Не убий». Он поясняет, что в этом деле полагается на Бога: «Мы не должны сопротивляться туркам и другим нашим преследователям, а строгой молитвой к Богу вопрошать, чтобы Он [им] препятствовал и дал отпор». Важно подчеркнуть, что здесь речь идет об отказе оказывать сопротивление не только туркам, но и кому бы то ни было. В этом контексте высказывание Затлера о «справедливой» войне следует толковать следующим образом: «если бы война (как таковая. — М.В.) была справедлива (то есть нравственно оправдана и, следовательно, допустима. — М.В.)», что Затлер на самом деле категорически отрицал, то «он лучше предпочел бы выступить против христиан, чем против турок».

В мае 1527 г., когда в Роттенбурге-на-Неккаре проходил судебный процесс над Затлером, в Моравии в Никольсбурге (Микулов), между известными представителями радикальной реформации Бальтазаром Хубмайером12 и бывшим сподвижником Томаса Мюнцера Хансом Хутом13 вспыхнула острая полемика по вопросу: могут ли «истинные» христиане уплачивать налог для борьбы с турками?

Хут выступал против уплаты анабаптистами военного налога, усматривая в этом косвенное участие в войне. На первый взгляд, категоричное отрицание Хутом возможности даже косвенной причастности анабаптистов к военным действиям вызывает некоторое недоумение (учитывая то, что он был в числе восставших во время Крестьянской войны). Однако следует принять во внимание, что в обстановке, сложившейся после окончания Крестьянской войны, когда анабаптисты подвергались массовым жестоким репрессиям, признание возможности применения насилия чаще означало его допущение со стороны властей, а не со стороны оппозиционных им сил. Такое признание с необходимостью приобретало оттенок компромисса с власть имущими, а радикальная оппозиция по отношению к властям могла выражаться, напротив, в отрицании насилия как такового.

Кроме того, чтобы прояснить позицию Хута, надо учитывать его эсхатологические ожидания: он предсказывал скорое наступление «Судного дня, конца света, Воскресения, Царства Божьего и вечного приговора»14. В эсхатологических ожиданиях приверженцев анабаптизма тех лет мог быть заложен скрытый до определенного времени мятежный потенциал: кровавым событиям Крестьянской войны, и затем Мюнстерской коммуны также предшествовали пророчества о близости второго пришествия Христа. Можно только предполагать, какими реальными последствиями могли быть чреваты эсхатологические пророчества Хута. По крайней мере, его ожидание в скором времени (в связи с неотвратимым приближением Судного дня) явления ангела, который должен передать в его руки меч, позволяет усомниться в том, действительно ли он последовательно отрицал любое насилие. К сказанному следует добавить, что уплата налога на ведение военных действий против турок могла восприниматься как попытка противодействия божественным замыслам, в которых туркам отводилась определенная роль: они должны были уничтожить врагов «истинных христиан» и тем самым подготовить наступление Царства Божьего.

Б. Хубмайер — основной оппонент X. Хута — свою позицию по проблеме отношения «истинно верующих» к возможности применения насилия обосновал в сочинении «О мече». В нем, исходя из греховности существующего мира и основываясь на букве Священного Писания, он доказывал правомерность применения властями силы в целях искоренения зла и ратовал за то, чтобы подданные в этом их поддерживали. Если же власти отступали от христианских установлений, то, по мнению Хубмайера, если была возможность, от них следовало уйти, если таковой возможности не было, во избежание кровопролития надо было смириться с существующим положением вещей15.

Вскоре участников этой полемики примирила смерть: как Хут, так и Хубмайер за свою приверженность анабаптизму заплатили жизнями. Разногласия же между умеренной группировкой «моравских» анабаптистов, получившей название «мечников» (или «ходящих с мечами», «Schwertler»), и радикальной — «палочники» (или «ходящих с палками-посохами», «Stabler») ― продолжали углубляться16, приведя в скором времени к выделению радикалов в отдельную группу, ставшую основой для формирования хуттерова братства17.

Известные события 1534-1535 гг. в Мюнстере (Вестфалия), где анабаптисты на 14 месяцев установили свое «царство» и отстаивали его с оружием в руках, стали для властей сигналом к повсеместному усилению преследований анабаптистов. В хронике хуттеровых братьев события в Мюнстере описываются как происки дьявола, пытающегося опорочить «истинно верующих», которые к ним не имеют никакого отношения. «Везде, где Бог строит свою церковь, дьявол рядом строит новую часовню, чтобы путать и ослеплять людей», — образно пишет хуттеровский хронист о «царстве» анабаптистов в Мюнстере18.

Так будут описаны эти события хуттеровыми братьями позднее — во второй половине XVI в. А в 1534 г. руководитель братства Якоб Хуттер. обращаясь к единоверцам, писал: «…против князей тьмы и правителей этого мира мы должны вести борьбу, как указывает святой Павел»14. Какие формы борьбы при этом подразумевал Хуттер, остается только догадываться. Эти слова при желании могли быть истолкованы как призыв к вооруженной борьбе против «правителей этого мира», и, возможно, они прозвучали не случайно именно тогда, когда исход борьбы в Мюнстере еще не был известен… Интерпретируя слова Христа о том, что «врата ада не одолеют» Его церковь20, Хуттер указывал: «Врата ада — все могущественные этого мира, а именно короли и князья, и все тираны и враги божественной истины… Он [Христос] Сам говорит, они — врата в ад и к вечной смерти, кто им верит и [за ними] следует, тот будет навечно проклят! Но эти злые врата не смогут отвернуть от божественной истины благочестивых детей Бога, если Христос говорит, что врата ада их не превозмогут»21.

События в Мюнстере подтвердили опасения властей в отношении анабаптистов и дали дополнительное основание для активизации борьбы с ними. Послание Я. Хуттера правителю Моравии22 по имени Иоанн Куна фон Кунштат, написанное в разгар преследований, является одним из наиболее ярких свидетельств времени23. В нем Хуттер обвиняет короля Фердинанда24 в том, что тот «жестоко преследовал» «невиновных братьев и сестер», довел до смерти многих из них, оставив сиротами их детей, отнял у них все имущество. При этом он утверждает, что несмотря ни на что, преследуемые братья никому не хотят причинять зла, даже их «самому худшему врагу, будь то Фердинанд или кто-нибудь другой»25.
«Прежде чем мы, — пишет Хуттер, — нашим величайшим врагам нанесем удар рукой, не говоря о копье, мече или алебарде, как в миру поступают, мы умрем и позволим нас лишить жизни. У нас нет материального оружия, ни копий, ни пушек, что каждому видно и ясно как божий день. Одним словом, наши проповеди, речи, жизнь и поведение — это то, что следует жить в божественной истине и справедливости, миролюбиво и согласно, как истинным последователям Христа». Хуттер отвергал обвинения в том, что его единоверцы могут прибегнуть к оружию в борьбе с врагами: «…говорят, что мы выступили в поход со многими тысячами, словно мы хотим воевать и тому подобное. Кто говорит такое, тот говорит как несведущий и негодяй, как лжец и мошенник. Мы сетуем Богу, что благочестивых (какими мы поистине являемся) так мало. Мы говорим и желаем, чтобы весь мир был как мы, и каждый мог бы быть приведен к этой вере и обращен, так был бы положен конец всем войнам и несправедливостям»26.

Хуттер называет короля Фердинанда «принцем тьмы», «жестоким тираном, врагом божественной истины и правосудия». Он сравнивает моравского правителя с Понтием Пилатом, который из-за страха перед императором осудил Христа, и предупреждает, что выполнение распоряжения Фердинанда об изгнании «благочестивых и богобоязненных людей», повлечет за собой расплату, так как повиноваться следует не смертному человеку, а лишь Богу, который воздаст за невинно пролитую кровь27.

В ходе развернувшихся преследований многие анабаптисты оказались в заключении, многие были казнены. В 1540 г. во время проповеднической деятельности на территории Гессена был схвачен властями известный хуттеровский «служитель Слова» (проповедник) Петер Ридеман. Во время заключения он составил свой знаменитый «Отчет о нашей религии, учении и вере»28. На его страницах Ридеман отвергает возможность каких-либо посягательств на светскую власть, хотя подчиняться ей призывает только до тех пор, пока «она не приказывает и не действует вопреки Богу»29.

Исходя из того, что «совесть свободна и помнит одного Бога», он заключал: «Если власть смеет посягать на совесть, господствовать над верой людей, то она похищает у Бога принадлежащее Ему, поэтому несправедливо ей в этом оказывать послушание»30. Но «непослушание» не означало возможности сопротивления властям с оружием в руках. Ридеман утверждает, что «христианин не может ни воевать, ни совершать возмездие» («владеть светским мечом»); в Царстве Христа «заканчивались все светские войны»31. Подтверждая необходимость уплаты различных «ежегодных налогов, установленных от Бога». П. Ридеман вслед за X. Хутом (из опасения «стать причастными к чужим грехам») отрицает возможность уплаты «истинно верующими» взносов, предназначенных для ведения войн и пролития крови32. По той же причине они не должны изготовлять оружие33.

«Отчет…» Ридемана приобрел значение вероисповедного документа хуттеровых братьев, как и «Пять статей величайшего спора между нами (хуттеровыми братьями. — М.В.) и миром», появление которых относится к концу 1540-х гг. Согласно «Пяти статьям…» «истинно верующий» должен обособиться от всего, что связано с выполнением светскими властями присущих им функций (в первую очередь тех, которые связаны с пролитием крови): «духовный и светский меч имеет каждый свои ножны — духовному мечу место в общине Христовой, светскому в мире среди носителей зла»; «где бьют, рубят, колют, стреляют и друг с другом враждуют, дерутся, друг друга увечат, губят, убивают и проливают кровь, там дьявольская нечистая безбожная гора и Люциферово место», «христиане не должны вести войну, вершить светский суд и насилие, а те, кто этому служит, не могут считаться христианами», «в доме Христовом и Его Церкви упразднен мирской суд меча, мир же оставляет его за собой»34.

В документе под названием «Братское объединение между нами (хуттеровцами — М.В.) и некоторыми швейцарским братьями», составленном известным хуттеровским проповедником Хансом (Хенселем) Шмидом по прозвищу Райфер35 — во время его миссионерской деятельности в 1556-1557 гг. в рейнских областях Германии, швейцарские братья обвиняются в том, что они «дают налог на войну». Шмид пишет: «…относительно налога или службы, которую требуют власти, — нужно давать по справедливости, когда и как надлежит и установлено Богом. Но, что касается кровавой платы на войну или подобном этому, или намерений властей из их собственных, а не из божественных установлений, требовать исполнения их службы и этим отягощать совесть, того благочестивый не должен делать, ибо Господь от него требует возлюбить врага, и благочестивый обещал это Богу. К тому же, не следует делать оружия, которое служит подобному (делу. — М.В.), чтобы благочестивый не делал себя соучастником их (властей. — М.В.) злодеяния и кровавой вины»36. В этом отношении позиция хуттеровых братьев оказались более радикальной, чем швейцарских. По всей видимости, она сложилась под влиянием X. Хута, а, следовательно, в этом отношении они испытали влияние германской радикальной реформации.

Итак, как свидетельствуют источники, во второй четверти XVI в. в среде швейцарских и хуттеровых братьев оформилась непротивленческая идеология. И если в первое десятилетие истории анабаптизма сквозь пацифистские высказывания лидеров радикально настроенных хуттеровых братьев порой прорывались угрожающие нотки в адрес светских властей, то к середине XVI в. их приверженность последовательному пацифизму уже не вызывает ни малейших сомнений. О том, что именно эта линия восторжествовала не на словах, а на деле свидетельствует вся дальнейшая история этого этноконфессионального сообщества. Пацифизм швейцарских и хуттеровых братьев перекликается с позицией средневековых «маргиналов, еретиков и симпатизирующих им», у которых, как справедливо указывает Ф. Контамин, следует искать «наиболее законченное выражение средневековой идеи ненасилия»37.

Примечания
1 См., например: Смирин М.М. Народная Реформация Томаса Мюнцера и Великая Крестьянская война. 2-е изд. — М., 1955.

2 См., например: Clare В. W. Die Hutterischen Gemeinschaften. — Leipzig, 1929; Friedmann R. Huttente Studies / Ed. H.S. Bender. — Goshen (lnd.), 1961; Friedmann R. Die Schriften der hutterischen Taufergemeinschanen: Gesamtkatalog ihren Manuskriptbucher, ihrer Schrieben und Literatur, 1529-1667. — Wien, 1965; Gross L. The Golden Years of the Hutterites: The Witness and Thought of the Communal Moravian Anabaptists During the Walpot Era. 1565-1578 — Scottdale (Pa.); Kitchener (Ont.), 1980: Hosteller J. A. Hutterite Society. — Battimor; London, 1977; Loserth J. Der Communismus der mährischen Wiedertäufer im 16. Und 17. Jahrhundert // Archiv für österreichische Geschichte. — Wien. 1894. Bd. 81; Müller L. Der Communismus der mährischen Wiedertäufer. ― Leipzig, 1927; Wolkan R. Die Hutterer. — Wien. 1918; Zeman J. K. The Anabaptists and the Czech Brethren in Moravia 1526-1628: A Study of Origins and Contacts. — Mouton, 1969.

3 Одно из течений в анабаптизме, возникшее в Швейцарии в 1524-1525 гг. Если не считать Цвиккаусских пророков, о которых сведений сохранилось слишком мало, чтобы иметь возможность с уверенностью говорить об их конфессиональной принадлежности, то швейцарских братьев можно считать основоположниками анабаптизма. В январе 1525 г. во время собрания в доме Ф. Манца цюрихские радикалы впервые провели «вторичное» крещение ряда своих сторонников. См.: Geschicht-Buch der Hutterischen Bruder / Hrsg. von R. Wolkan. — Macleod; Wien, 1923. ― S. 35.

4 К. Гребель и его сторонники написали письмо Т. Мюнцеру, познакомившись с его брошюрой «Против фальшивой веры и крещения». Ее содержание убедило их, что он с ними «одного христианского разумения», за исключением расхождений в вопросах о пении во время мессы, крещении младенцев и применении оружия. См.: Qellen zur Geschichte der Täufer in der Schweiz. — Bd. I: Zürich / Hrsg. von L. von Muralt u. W. Schmid. ― Zürich, 1952.

5 Такое название обычно используется современными исследователями. В оригинале название более развернутое: «Братское объединение некоторых детей Божьих относительно семи статей…».

6 Швейцарский кантон Шафхаузен.

7 М. Затлер родился около 1490 г. в г. Штауфен в Брейсгау. Был монахом (позднее приором) обители св. Петра бенедиктинского ордена. Под влиянием реформационного движения Затлер разочаровался в католическом вероучении и, покинув стены монастыря, отправился в Швейцарию, где присоединился к цюрихским анабаптистам, за что по решению магистрата от 18 ноября 1525 г. был изгнан из Цюриха. Оказавшись в Страсбурге, Затлер общался с такими известными реформационными деятелями, как Вольфганг Капито, Ганс Денк, Людвиг Хетцер. В конце 1526 — начале 1527 г. он развернул активную проповедническую деятельность на территории к северу от Роттенбурга-на-Неккаре, создав опорный пункт в г. Хорбе. 24 февраля 1527 г. Затлеру удалось организовать и провести большое собрание анабаптистов в Шлаттене. Вскоре он был арестован. 17-18 мая 1527 г. в Роттенбурге-на-Неккаре состоялся судебный процесс. Затлер был приговорен к смертной казни. См.: Muller L. Der Communismus der mahrischen Wiedertaufer. — Leipzig. 1927. — S. 76-77; Bossert G., Hein G. Sattler Michael // Mennonitisches Lexikon. — Franrfurt a. M.; Karlsruhe. 1959. — Bd. 4. — S. 29-36: Quellen zur Geschichte der Täufer in der Schweiz. — Bd. I: Zürich. — S. 73-75, 136, 250-253.

8 В те годы угроза со стороны иноверцев-турок была вполне реальной. В XV в. Османская империя завоевала весь Балканский полуостров, за исключением Далмации. К концу века турки продвинулись в Молдавию и Валахию. В результате они стали угрожать Чехии, Венгрии, Австрии и Польше. В первой половине XVI в. Османская империя продолжила завоевательную политику в Европе. В 1521 г. турки захватили Белград. В 1526 г. в битве при Мохаче чешско-венгерская армия была разбита турецкими войсками. Король Лайош II пал на поле битвы. Значительные венгерские территории были заняты турками. Султан заявил, что через год он возьмет Вену, а через два будет на Рейне. Однако даже перед лицом серьезной опасности европейцы-христиане не смогли преодолеть внутренних противоречий и сообща противостоять врагу. Главным противником Османской империи в Европе были Габсбурги. В борьбе с Габсбургами турки нашли поддержку в лице их политических противников. В числе тех, кто ожидал от турок содействия или считал возможным использовать их в борьбе с Габсбургами, были и некоторые представители анабаптизма.

9 Glaubenszeugnisse ober deutscher Taufgesinnter / Hrsg. von L. Müller. — Leipzig, 1938. — T. 1. — S. 37-40 (Quellen und Forschungen zur Reformationsgeschichte. Bd. XX).

10 Ibid.

11 Как известно, средневековая католическая церковь осуждала только «несправедливые» войны. Зарождение схоластической доктрины о войне связано с деятельностью юристов Болоньи по возрождению римского права и изданием около 1140 г. «Декрета» Грациана. Во второй части «Декрета» в «causa 23» Грациан дает отрицательный ответ на вопрос о том, является ли ведение войны грехом. Он называет условия, при которых война считается справедливой: она должна вестись без неоправданной жестокости по приказу государя, чтобы защитить государство от нападения или вернуть отнятые владения. При этом, даже если война является несправедливой, солдат должен исполнять приказы государя, — за беззаконие будет отвечать не он, а государь. Активное комментирование знатоками канонического права «Декрета» Грациана способствовало выработке к началу XIII в. пяти классических признаков справедливой войны (persona, res, causa, animus, auctoritas). Об этом см.: Контамин Ф. Война в Средние века. / Пер. с фр. Ю.П. Малинина, А.Ю. Карачинского, М.Ю. Некрасова; под ред. Ю.П. Малинина. ― СПб.: Ювента, 2001. ― С. 300-301. (Историческая библиотека).

12 Б. Хубмайер прибыл в Никольсбург с группой анабаптистов в 1526 г. На решение Хубмайера придти в Моравию могли существенно повлиять его личные контакты с Леонардом фон Лихтенштейном (правитель Лихтенштейна), приютившего на своих землях анабаптистских беженцев.

13 Ханс Хут прибыл в Никольсбург в 1526 г. Незадолго до этого, в 1525 г., он принимал участие в битве при Франкенхаузене. После поражения Крестьянской войны вел жизнь странствующего проповедника. 26 мая 1526 г. в Аугсбурге Хут принял «вторичное» крещение, после чего продолжил свои странствия, занимаясь миссионерской деятельностью во Франконии, Баварии, Австрии, Моравии. Оставшиеся в живых соратники Мюнцера в условиях развернувшейся в германских землях после поражения Крестьянской войны беспощадной борьбы с инакомыслящими искали новых союзников. Ради этого они готовы были пересмотреть некоторые свои позиции, тем более что поражение крестьян и последовавшая за ним реакция неминуемо приводили их к мысли о необходимости приспосабливаться к новым условиям, менять тактику. О Х. Хуте см., например: Christian History: The Radical Reformation: The Anabaptists. ― Vol. IV. — 1985. — S. 14; Seebaß G. Hut, Hans // Theologische Realenzyklopädie. — 15. ― 1986. ― S. 741-747.

14 Glaubenszeugnisse ober deuscher Taufgesinnter / Hrsg. von L. Mullen — Leipzig, 1938. — T. I. — S. 11-12. (Quellen und Forschungen zur Reformationsgeschichte. Bd. XX).

15 Hubmaier B. Von dem Schwert // Schriften / Hrsg. Von G. Weslin und T. Bergsten. — Gutersloh. 1962. — S. 432-457. (Quellen und Forschungen zur Reformationsgeschichte. Bd. 29.; Qellen zur Geschichte der Taufer. Bd. 9.)

16 См.: Bender H. S., Hein G. Stabler // Mennonitisches Lexikon. — Karlsruhe, 1967. — Bd. 4. — S. 229; Teufel E., Hein G. Schwertler / Ibid. — S. 140.

17 Название этого анабаптистского течения произошло от имени Якоба Хуттера. Уроженец Тироля Я. Хуттер впервые посетил анабаптистов в Моравии в 1529 г. С тех пор вел активную агитацию среди анабаптистов Тироля за переселение в Моравию. Вскоре взял руководство братством в свои руки. Сыграл выдающуюся роль в его организационном укреплении. В 1536 г. сожжен в Инсбруке.

18 Die älteste Chronik der Hutterischen Brüder: Ein Sprachdenkmal aus frühneuhochdeutscher Zeit / Hrsg. von A. J. F. Zieglschmid. — Ithaca (New York), 1943. — S. 144.

19 Еф.6/12.

20 Матф. 16/18.

21 Fischer H. Jakob Huter: Leben. Froammigkeit, Briefe. — 3.Teil. — S. 19-26.

22 Landeshauptmann. «Haugtman des Lanndts Marhern».

23 Die älteste Chronik der Hutterischen Brüder. — S. 149-154; Fischer H. Jakob Huter: Leben. Froammigkeit. Briefe. — 3. Teil. — S.26-31.

24 Младший брат императора Священной Римской империи германской нации Карла V. 28 апреля 1521 г. вступил во владение Австрией, Штирией, Каринтией, Крайной; 7 февраля 1522 г. — Тиролем, Передней Австрией, Вюртембергом. 23 октября 1526 г. избран королем Богемии в Праге, коронован 24 февраля 1527 г. 17 декабря 1526 г. избран королем Венгрии в Пресбурге (Братислава), коронован 3 ноября 1527 г. 5 января 1531 г. избран римско-германским королем в Кельне, коронован 11 января 1531 г. 5-7 сентября 1556 г. принял все полномочия власти в империи. 24 марта 1558 г. во Франкфурте произошла формальная передача титула императора Фердинанду I. См.: Кайзеры: Священная Римская империя. Австрия. Германия / Пер. с нем. Е.С. Самойловича. — Ростов-на-Дону, 1997. — С.88.

25 Die älteste Chronik der Hutterischen Bruder. — S. 151-152.

26 Fischer H. Jakob Huter: Leben. Froammigkeit, Briefe. — S. 26-31.

27 Die älteste Chronik der Hutterischen Bruder. — S. 153.

28 Riedemann P. Rechenschaft unserer Religion. Lehre und Glaubens. Von den Brudem, die man die Huterischen nennt. — Berne (Ind). 1902.

29 Ibid. — S. 100.

30 Ibid. — S. 101.

31 Ibid. — S. 105-107.

32 Ibid. — S. 108-109.

33 Ibid. — S. 109-110.

34 Die älteste Chronik der Hutterischen Bruder. — S. 296-308.

35 Ханс (Хенсель) Шмид, выходец из местечка Райфах (Тироль), казнен в Аахене в октябре 1558 г.

36 Glaubenszeugnisse oberdeutscher Taufgesinnter. — Т. I. — S. 266-270.

37 Контамин Ф. Указ. соч. — С. 312.

Advertisements
Запись опубликована в рубрике Наше кредо с метками , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s