Возможна ли государственная церковь?

Священник с автоматом

Возможна ли государственная церковь?

Источник: Благая весть. Номер свободы. М. 1917. Редактор-издатель И.А. Львов.

„Обязанности твои, вытекающие из твоей принадлежности к государству, не могут не быть подчинены высшей вечной обязанности, вытекающей из твоей принадлежности к бесконечной жизни мира или к Богу, и не могут противоречить им, как это сказали 1800 лет тому назад ученики Христа (Деян. Ап. IV,19): „Судите, справедливо ли слушать вас более, чем Бога», и (V,29), „Должно повиноваться больше Богу, нежели человекам» (Лев Толстой).

„В религии принуждение неуместно» (Лактанций, христ. писатель IV века). Первые христиане говорили: „Веру надо защищать, не убивая, а умирая за нее».

Свобода, Равенство и Братство.
Русская революционная жизнь воскресила этот многовековой лозунг. Русский народ провозгласил для себя полную свободу, полное равенство и братство. Во многих сердцах блеснули светлые надежды на лучшее будущее… Радостные чаяния путеводной звездой засветились на жизненном пути страданий и слез… Всем так хотелось верить, что „приближается утро» новой и счастливой жизни… Социальные учения и различные заманчивые перспективы улучшения земной жизни бурным потоком разлились по родной Руси и захватили в свой круговорот широкие крестьянские, рабочие и солдатские массы. Испытав на себе все тяготы до-революционного режима, они со всею страстностью отдались стремлению осуществить в практической жизни провозглашенный лозунг и принялись перестраивать всю жизнь на новых началах.

Но то, что на словах казалось таким легким и близким, на деле оказалось весьма трудно достижимым. До сего времени мы не видим у нас полного торжества этого великого евангельского благовеста: „Приближается утро, но еще ночь». Да еще ночь… Но и среди этой темной ночи есть люди, которые светятся светом Евангелия.

К СВОБОДЕ они идут не революционно-насильственным путем, а путем исполнения в своей жизни заветов Христа и имея веру в Него, как в Сына Божия и Спасителя своего. Иоан. 8,36. Гал. 5,1. РАВЕНСТВО достигается ими уничтожением классовых, национальных и всяких других перегородок и соединением всех в единую общину на равных для всех условиях. И даже больше, самовозвышение над всеми — для них есть самоунижение пред всеми и служение всем. Гал. 3,28. БРАТСТВО осуществляют они, не только называя один другого братом или сестрой, но глубоко-искренно признавая всех людей членами единой человеческой семьи, имеющей Единого Небесного Отца. И если все — дети одного Отца и единой верующей семьи, то все — равные между собой братья и сестры. Матф. 23,9. 8. Итак, друг, „приближается утро, но еще ночь». Вскоре заблестит на мировом горизонте „Звезда светлая и утренняя» (Откр. 22,16) и воцарится тогда вечная свобода, вечное равенство и братство!

Государство и церковь.
«Отдавайте кесарево — кесарю, а Божие — Богу».

Пережитые только что великие исторические события с чрезвычайно остротой выдвинули между прочим уже давно наболевший и жгучий вопрос об отношении государства и церкви. Революция, разрушившая до основания все громоздкое здание старого порядка, заколебала и былые формы церковно-государственных отношений. Но дело не в том, в какие новые формы выльются эти взаимоотношения государства и церкви теперь под влиянием революции, не в том, каковыми они будут под насильственным давлением быть может вполне индифферентных к вопросам религии требования масс, — а в том, каковыми они на самом деле должны быть и каковыми не должны быть.

Прежде всего: что такое государство и что такое церковь? в чем самое существо того и другого? В науке государственного права, государство определяется как „союз людей, живущих на определенной территории и подчиненных единой верховной политической власти». Цель его — установление и поддержание необходимого для частного и общественного существования правопорядка и содействие общему благу. Достижение же этих целей, как известно каждому мало-мальски культурному человеку и как выражается проф. М.А. Рейснер, происходит только при помощи права и правового принуждения. «А отсюда следует, что и все государство по существу своему является союзом исключительно принудительным. Нельзя по личному желанию принадлежать или не принадлежать к данному государству. Как таковое, государство не может допустить свободного выхода из подчинения своей власти».

Иное дело церковь (мы имеем в виду исключительно христианскую церковь). Под понятием „церковь» наука понимает союз свободно объединенных одним исповеданием лиц. Церковный союз не является союзом территориальным или национальным: к нему по собственной, свободной, ни кем и ни чем не принуждаемой воле может принадлежать или не принадлежать всякий, независимо от его местожительства и родового происхождения. Единственным условием принадлежности к церковному союзу является — единство веры. Вера же есть нечто такое, принуждение над коим немыслимо. Никакая власть на земле не может проникать в тайники души человека и указывать, как он должен верить. Вера же, лишенная искренности, вера по принуждению будет одним лишь лицемерием.

Поэтому, церковь, единственное мерило для принадлежности к которой не соизмеримо для человека, представляет собой особенное, своеобразное общество, основанное на иных высших началах, чем государство. Государство имеет своей целью установление внешнего порядка и содействие земному благополучию его членов, цель же церкви — духовное, внутреннее совершенствование человека, согласно словам Иисуса: будьте совершенны, как Отец наш Небесный, и приготовление к „царству Божию», которое однако, не от мира сего. Государство действует принуждением — церковь же по воле своего Основателя должна действовать лишь любовью и убеждением. Государство, по словам первого христианского философа ап. Павла „не напрасно носит меч» — церковь же должна быть облечена в „меч духовный» — Слово Божие.

Таким образом становится само собою очевидно, что как по существу, так и по внешности, как по целям своим, так и по средствам, которые применяются для достижения этих целей, государство и церковь представляют собой общества совершенно различного рода.

Однако этим еще далеко не разрешается многосложная проблема взаимоотношений государства и церкви. Являясь по существу своему, обществом совершенно не совместимым с понятием государства, церковь тем не менее не может не вступить в то или иное соприкосновение с государством. И, прежде всего, государство и церковь соприкасаются друг с другом в лице одновременно им обоим принадлежащей, человеческой личности. Как быть христианину, члену церкви, когда к нему предъявляет свои права государство, или наоборот?

Как раз с подобным же многосложным вопросом приступили однажды к Иисусу искушавшие Его фарисеи. Однако, не многословя, Христос ответил им коротко и ясно: — „Отдайте кесарево кесарю, а Божие — Богу», провидя тем самым не переходимую грань между государством и церковью, политикой и религией. По словам проф. С.Н. Булгакова в этих словах содержится „вечная норма» отношений между церковью и государством. Они говорят о внутреннем отделении, о внутренней свободе и независимости церкви от государства, области Божией от области кесаревой, „царства не от мира сего» от „царства от мира сего». Точно то же выражает и ап. Павел, говоря: „Итак, отдавайте всякому должное: кому подать, подать; кому оброк, оброк; кому страх, страх; кому честь, честь. Не оставайтесь должными никому, кроме взаимной любви» (Рим. 13,7. 8).

Однако одновременная принадлежность человека к государственному и церковному союзам, может почти в любой момент привести его в тупик. Как быть, когда требования государства и церкви, коснувшись одной и той же области, расходятся? Как быть, когда законы гражданские и законы веры противоречат друг другу?

Для истинного христианина ответ, конечно, будет один: „должно повиноваться больше Богу, нежели человекам». Для него — говорит проф. Булгаков — „государство никогда не может иметь того, абсолютного, божественного авторитета, какое оно имело для язычества, где противоречить государству, значило противоречить божеству. Для христианина выше закона государства должен быть закон Бога, и там, где они непримиримо сталкиваются между собою, должен исполняться закон Бога».

„Апостолы Петр и Иоанн сказали „властям», требовавшим от них „не говорить и не учить об имени Иисуса», так: „судите сами, справедливо ли перед Богом слушаться вас более, нежели Бога» (Деян. 4,19). Если бы апостолы проявили недолжную в данном случае покорность властям, запрещавшим по римскому закону проповедь новой религии, то проповедь христианства не была бы осуществлена. Но они предпочли остаться государственными преступниками, казненными по римским законам, нежели отказаться от исполнения воли Божией. Казнен был и сам ап. Павел, учивший о покорности предержащим властям. Божье всегда нужно ставить выше кесарева и оказывать ему предпочтение, если происходят конфликты.

И заповеди Спасителя о том, чтобы воздавать кесарево кесарю, Божие — Богу, не следует ограничивать ссылкой на то, что речь шла об языческом кесаре, христианский же будто бы не может противоречить воле Бога… Комментируя рассматривая слова Спасителя, Иоанн Златоуст говорит следующее: „Когда ты слышишь, отдавай кесарево кесарю, разумей под этим только то, что нисколько не вредит благочестию: все противное благочестию, не есть уже дань кесарю, но дань и оброк дьяволу!» (Булгаков С.Н. Государство и церковь)

— Однако, — быть может возразит нам кто-либо — это противоречит гражданским законам, законам христианским, и может иметь место только в языческом, не христианском государстве. В государстве же христианском, государстве, самом составляющем неразрывное целое с церковью, никаких конфликтов, никаких недоразумений с последней быть не может.

Не говоря уже о всем известных исторических последствиях соединения церкви с государством, приведшей на Западе к папецезаризму, а у нас к цезарепапизму, мы вынуждены заметить, что приведенное возражение весьма неосновательно уже потому, что в действительности государство никогда не может быть христианским по своему существу. „Христианского государства, — говорит Н. Бердяев, — вообще никогда не было и никогда не будет, а государство лишь выдает себя за христианское, а христианство сделали государственным». Становясь действительно христианским государством, — государство должно было бы отказаться от самых основных своих прав и преимуществ; а так как этого никогда не было и быть не может, то ясно, что при всяком слиянии государства и церкви, или так называемой „христианизации государства», отказываться от своих основных принципов всегда приходится церкви, вследствие чего и все, достигнутое подобным путем „государственное христианство» в действительности оказывается лишь фальсифицированным христианством, или иначе говоря, суррогатом.

Помимо этого прекрасный пример истинного отношения церкви к государству, находим непосредственно в земной жизни Спасителя, которая, вне сомнения, принимается как норма и идеал всеми ныне существующими вероисповеданиями. Надо, однако, заметить, что, проходя Свое земное служение вне сферы вопросов государственных и политических, Христос имел дело исключительно с внутренним человеком, его душой и ее отношением к Богу. Все же земное и временное, поскольку оно не противоречит Его основным принципам, Им не отвергалось и не осуждалось, а оставалось лишь вне непосредственной задачи Его деятельности. „Кто поставил Меня судить и делить вас?» — отвечал Он просившим Его разделить наследство.

Напротив все еще не понимавшие истинного смысла земного служения Спасителя всегда старались так или иначе завлечь Его на путь кесаря и воспользоваться земною властью последнего, для достижения Божьих, небесных целей. С этим искушением выступил и сам сатана, предлагавший Христу всю власть земную, очевидно как орудие для целей земного служения. Но принять эту власть, значило поклониться сатане и Христос отвергнул искушение словами: „Господу Богу Твоему поклоняйся и Ему одному служи!»

Но и собственные ученики Спасителя в течение всей земной жизни Его до самой крестной смерти и воскресения не понимали истинный характер Его служения и все время ждали, когда Он „откроет царствие израиля», т. е. переводя эту речь на современный язык, когда Он Сам, воспользовавшись Своим огромным влиянием на народ, объявит Себя „правителем», совершит „захват власти», отложится от Рима и устроит во Израиле „Zukunfts Staat» («Царство будущего»)…

„Идея захвата власти» и „диктатуры пролетариата» в лице 12-ти колен Израиля и даже апостолов, споривших между собою о власти в будущем царстве Израиля, играли не последнюю роль. Божественной силой своего Учителя, ученики Его хотели воспользоваться, как орудием для частных, временных, земных целей и все время, кончая торжественным входом в Иерусалим, ждали, что Он провозгласит Себя царем и, стало быть, снимет грань, проведенную Им Самим между кесаревым и Божиим. Наконец, в Гефсиманскую ночь апостолы стали защищать своего Учителя мечом, земным орудием кесаря.

Вникнем в эти мечты апостолов и постараемся отдать себе отчет, в чем состоял их соблазн, ослеплявший их, несмотря на все виденное и слышанное. Соблазн этот только в том и состоял, что они стремились снова снять эту вечную грань, разделявшую кесарево и Божие и Бога превратить в земного кесаря, а кесаря возвысить до Бога. Безоружного Христа, вооруженного только силою божественной любви, апостолы хотели опоясать мечом и этот меч сделать аргументом в пользу Христовой проповеди, восполнить ее кажущуюся непосредственную безуспешность, силою земной власти.

Апостолам рисовался тот самый идеал непосредственной божественной власти, непосредственной теократии, действующей земными средствами, какой застилал глаза и римского первосвященника, пока суровая действительность не выбила этот хрупкий меч из ослабевших рук папы и какой темнит еще и теперь религиозное сознание и совесть искренних сторонников „Христианского государства» (Вопросы религии. вып. 1 за 1906 год, стр. 59-60).

Однако в ответ на подобные мечтания ученики Иисуса слышали от Него всегда страшные для них тогда речи о кресте и страданиях, которых они не понимали и против которых поэтому протестовали, так что в ответ на один из этих протестов Спаситель вынужден был сказать Петру: „отойди от Меня сатана! ты Мне соблазн: потому что думаешь не о том, что Божие, но что человеческое» (Матф. 16,23). А когда апостолы возвращались к спорам о власти и своих прерогативах в будущем царстве Израиля, то слышали в ответ: „Цари господствуют над народами и владеющие ими благодетелями называются, а вы не так: но кто из вас больше, будь как меньший, и начальствующий, как служащий» (Лук. 22,25.26).

Из всего вышесказанного мы заключаем, что — на основании не одних только рационалистических умозаключений, но и на основании Самим Христом возвещенных начал — ни церковь (насколько она, конечно, истинная христианская церковь) не может стать государственною и вооружиться его мечом, ни государство не вправе узурпировать и присваивать себе церковного авторитета, будучи по природе своей исключительно мирской стихией. Пусть же всякая христианская церковь, действительно проникнутая Духом Христовым, повторит вышеприведенные слова Спасителя, сказанные Им искусителю, прельщавшему Его властью земных царств: „отойди от Меня сатана!»

Арвид.

Нарушение завета.

И шел Он, шел печальною долиной
Медлительной усталою стопой;
И шел Он — праведник на всей земле единый,
Учитель кроткий и благой.

Пред Ним раскинулись широко пеленою
Безмолвные, безбрежные поля;
Дышали небеса живительной весною,
Но смертью веяла земля…

Лишь мертвые тела белелися повсюду
На темени полей бесплодных и немых,
И трупов каждую белеющую груду
Сменяла груда тел других…

И тучей грозною на дальнем небосклоне —
Каким-то призраком бесформенным, седым —
В багрянец зарева, как в пурпурном виссоне,
Тянул с пожарищ дальних дым…

И шел Он, шел печальною долиной
Медлительной усталою стопой;
И шел Он — праведник на всей земле единый,
Учитель кроткий и благой.

С понуренным челом, закрыв глаза рукою,
Ланиты оросив струею жгучих слез,
В Себе, в Своей груди, измученной тоскою,
Он все страданья мира нес…

Всплывали перед Ним долины Галилеи
И Галилеянин, вместивший Божество
В Свою земную плоть, — Сион и фарисеи,
И проповедь нагорная Его…

Века, прошли века… Конец тысячететью:
Второе — новое — склонилось под исход:
И снова темен мир, опутан старой сетью
Грехов, проклятий и невзгод.

Забыт святой Завет — завет любви небесной,
И в братьев мрачная вселилася вражда,
И Богочеловек идет под ношей крестной,
Но — для последнего суда!..

Ап. Коринфский.

Современное движение к всеобщему миру.

Среди грохота орудийной пальбы, среди грома пушечных выстрелов, среди шума воинственных кликов, создалось ныне новое движение — движение в пользу всеобщего мира. И хотя с одной стороны вооружение и озлобленность народов друг против друга никогда еще не достигали такой степени, как ныне, то с другой никогда еще не произносилось столько громких слов о мире, братстве, любви и равенстве, как в наши дни. Но, несмотря на это, подлинный мир никогда еще не был так далек. И инстинктивно это, кажется, чувствуется всеми.

Абсолютное уничтожение войны и установление всеобщего вечного мира народов, о котором сейчас так много говорят и пишут, возможно только тогда, когда будут устранены сами причины, вызывающие войну. Для уничтожения войны необходимо не только полное уничтожение империализма, но и абсолютное искоренение из самой природы человечества чувства зависти и вожделения. Только тогда, когда брат не будет завидовать брату, когда ближний не будет желать имущества своего соседа, только тогда возможно будет установление вечного всеобщего мира.

Но так как эти черты человеческого характера так глубоко вкоренились в самую природу человека, въелись, так сказать, в самую его плоть и кровь, то никакими человеческими усилиями не избавить от них все человечество. Это осуществимо и возможно только при помощи некоей, особой, высшей силы — силы евангелия и учения Назаретского Наставника. Только при помощи Духа Христа, при помощи жизненного воплощения Его учения, может произойти внутреннее перерождение каждого человека в отдельности, и тогда только возможно осуществление идеи всеобщего вечного мира среди таких переродившихся свыше лиц…

Реклама
Запись опубликована в рубрике Наше кредо с метками , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s