ВТОРОЕ ДЫХАНИЕ ПАЦИФИЗМА

Thousands of people march to protest the war in Iraq in Hollywood on March 15, 2008.    AFP PHOTO/Valerie MACON (Photo credit should read VALERIE MACON/AFP/Getty Images)

ВТОРОЕ ДЫХАНИЕ ПАЦИФИЗМА

Григорий Локшин

Источник: Локшин Г.М. Второе дыхание пацифизма // «Свободная мысль ― XXI», № 11 (1549), М., 2004.

ЛОКШИН Григорий Михайлович — генеральный секретарь Международного института Мира в Вене, секретарь исполкома Международной ассоциации фондов мира.

Американское вторжение в Ирак стало первым практическим применением бушевской доктрины упреждающих военных действий. И именно благодаря попыткам Вашингтона вести на международной арене одностороннюю политику «с позиции силы» вновь неожиданно громко заявил о себе слегка подзабытый в последние годы игрок — мировое общественное мнение. Реакция выразилась в беспрецедентных по массовости антивоенных манифестациях начала прошлого года, особенно в кульминационный день всей кампании — 15 февраля. Они прошли почти во всех крупнейших городах Западной Европы, США, Канады, Японии, Индии и Австралии. Публиковавшиеся тогда данные о масштабах выступлений действительно были неслыханными. Так, в Лондоне — около 1 миллиона участников, во Франции и Германии — по 500 тысяч, в Италии — 3 миллиона, только в Нью-Йорке — от 250 до 500 тысяч человек. Всего, по подсчетам прессы, — не менее 15 миллионов демонстрантов.

Столь мощный выброс энергии протеста не мог не привлечь внимания аналитиков. СМИ заговорили о «новом пацифизме», сравнивали его масштабы с антивоенным движением времен вьетнамской войны или «ракетного кризиса» в Европе в конце 1970-х годов. Все это стало результатом действительно небывало успешной мобилизации миролюбивых сил, осуществленной в весьма сжатые сроки миротворческими организациями и движениями по призыву Европейского социального форума, прошедшего в ноябре 2002-го во Флоренции.

Вот как по свежим впечатлениям оценивала силу этих выступлений газета «Нью-Йорк таймс»: «Раскол по Ираку в Атлантическом альянсе и гигантские антивоенные демонстрации по всему миру в прошедшие выходные напоминают, что на планете осталась не одна, а две сверхдержавы: США и мировое общественное мнение» (P. Tyler. A New Power in the Streets. — «New York Times», 17 February, 2003).

Слухи о смерти движения за мир, которые широко распространялись в последнее время у нас и в других странах, уже в который раз оказались сильно преувеличенными. Бурные события начала прошлого года только подтвердили тот факт, что движение за мир как внутренняя социальная энергия мирового сообщества, подчиняясь природному закону сохранения всякой энергии, никогда и никуда не исчезает, а только видоизменяется. И эта энергия самосохранения человечества с новой силой напоминает о себе, как только возникает серьезная угроза миру и безопасности.

Администрация Дж. Буша-младшего, несмотря ни на что, решила пренебречь общественным мнением. Но за это пришлось заплатить немалую цену. Опросы в самых разных странах на протяжении года показывали почти всеобщее осуждение войны и серьезную морально-политическую изоляцию Соединенных Штатов. Большая часть капитала сочувствия и симпатий, обретенных американцами после трагедии 11 сентября, оказалась утрачена, а «имидж» страны снова приобрел черты времен «холодной войны».

Движение против войны в Ираке сильно отличалось от слабых и неубедительных акций пацифистов против войны в Заливе 1991 года и бомбардировок Югославии. Оно имело совсем другую мотивацию и не заглохло после начала военных действий, как это часто бывает, когда солдаты уже воюют вдали от своей страны, от своих родных и близких и антивоенные настроения в обществе быстро испаряются. Конечно, сейчас редки массовые уличные демонстрации, но отношение общественного мнения к действиям сколоченной США коалиции не меняется. Это отношение основано на более глубоком понимании причин войны и ее нелегитимного характера. Движение вовсе не свелось к банальному антиамериканизму. Французские, итальянские и многие другие организации сторонников мира постоянно координировали свои акции с американскими антивоенными организациями и движениями.

Дискуссии начались еще задолго до иракского кризиса и не закончились вместе с окончанием там крупномасштабных военных действий. Напротив, перед общественностью встают все новые и новые вопросы. Главный среди них — какая концепция международных отношений более приемлема для мирового сообщества; основанная на праве силы или на силе права?

Окончательный ответ еще впереди, но на примере событий вокруг Ирака видно, какой импульс и какие перспективы получило современное движение за мир. Кампания против войны в Ираке стала катализатором новых идей, платформой для сближения и совместных действий новых сил и течений общественной мысли. Так что говорить, кто выиграл, а кто проиграл в Ираке, пока еще рано. Война — это не ответ!

А все началось с тех же трагических событий 11 сентября 2001 года. Не было ни одной страны в мире, где бы миротворческие организации и движения не осудили бы эти злодеяния в самой резкой форме. Однако тогда же многие из них, в том числе и в США, призывали не менее категорически отказаться от слепой мести, сосредоточить усилия на выявлении и ликвидации глубоких причин, рождающих эту страшную угрозу миру и безопасности.

Уже 21—27 сентября того же года по многим странам прокатилась волна антивоенных демонстраций. Внушительная акция сторонников мира прошла у стен Белого дома в Вашингтоне. Более 10 тысяч человек объединились под лозунгами: «Мусульмане — не враги, война — не выход», «Справедливый суд, а не реванш!», «Принцип «око за око» делает слепыми всех!» Все ораторы на митингах говорили одно: необходимо наказать террористов и их пособников, но недопустимо карать население целой страны, Афганистана. Фоном стали стычки с полицией и струи слезоточивого газа.

Немало трезвых суждений высказывалось тогда в заявлениях и призывах лидеров миротворческих организаций. Вот слова президента старейшей пацифистской организации, Международного бюро мира, американки Коры Вайс: «Теперь стало очевидным для всех, что любой антиракетный щит полон зияющих дыр, что все гигантские военные расходы бесполезны, что ядерные арсеналы лишь угрожают жизни на Земле… Если мы в США не попытаемся понять и устранить корни этой трагедии ― нищету, бесправие и отчаяние ― то насилие будет продолжаться, что бы мы не предпринимали, чтобы его остановить».

«Ответ на эту ситуацию, ― говорилось в заявлении, принятом на массовой демонстрации в Париже 21 сентября 2001 года, ― не может опираться на логику войны и мести, крестового похода или коллективного наказания… Только на основе международного права и в рамках Устава ООН должно быть сделано все возможное для выявления, ареста и наказания виновников, организаторов и исполнителей этого преступления…» (см. «Информационный бюллетень МАФМ», 2001, № 3, стр. 8).

Потрясенная террористическими актами общественность США не захотела слышать такое мнение. Но со временем ситуация начала проясняться. Становилось все более заметно, что объявленная сразу после 11 сентября война против терроризма с самого начала вышла далеко за рамки правового поля. Акции возмездия террористам ничем не отличались от акций слепой мести или коллективного наказания целых народов. Причем Соединенные Штаты единолично взяли на себя миссию судьи и палача одновременно. А в самих США эта кампания послужила толчком для серьезного наступления на права и свободы человека. Общество было поставлено перед ложной дилеммой: либо разгул террора в условиях демократии, либо безопасность в условиях диктатуры спецслужб.

Квакерский Комитет друзей на службе общества (American Friends Service Committee) особенно активно выступил против объявленной президентом «войны с терроризмом». Квакеры все время подчеркивали: на самом деле эта акция не является ни войной, ни противодействием терроризму вообще. Участвовать в новой афганской войне на американской стороне безопаснее, чем быть полицейским в Детройте. И уж точно безопаснее, чем находиться на рабочем месте в США, где ежегодно погибает 50 000 человек от профессиональных заболеваний или несчастных случаев.

Цель вашингтонских властей — обеспечить полную свободу политическим и корпоративным элитам. Это попытка использовать патриотизм, страх и возмущение общественного мнения, для того чтобы оправдать и представить рациональным поведение, которое в других обстоятельствах было бы просто немыслимым. Речь идет о стремительном наращивании военных расходов, о введении репрессивного законодательства, срыве забастовок и даже о глобализации в принципе. Не случайно именно квакеры многими считаются родоначальниками пацифизма как движения. В трезвости и проницательности им не откажешь.

«Новый пацифизм», так громко заявивший о себе год назад, характерен тем, что не сводится просто к отрицанию войны как таковой, а одновременно несет протест против милитаризации общества и мировой политики, против того, что когда-то один из самых выдающихся политиков США, покойный сенатор Дж. Фулбрайт назвал «упоением силой».

И в то же время это протест против несправедливостей глобализации, стремление к «другому миру» — действительно мирному, справедливому и демократическому. Именно под этими лозунгами прошли все массовые акции, например во Франции, где на сегодня сложился авангард этого движения. Под ними работают многие известные международные и национальные организации, такие, как международное движение «Врачи за предотвращение ядерной войны» (где когда-то отечественные медики играли ведущую роль), уже упомянутое Международное бюро мира, удостоенное несколько лет назад Нобелевской премии мира, Сеть европейских организаций за мир и права человека, созданная на базе английского Фонда мира имени Бертрана Рассела, Британская кампания за ядерное разоружение (участником которой в 1980-е годы был, к слову, сам Тони Блэр) и многие, многие другие. В прежние времена говорили, что все это — просто «рука Москвы». Теперь-то россиян там днем с огнем не сыщешь.

Существенное преимущество сегодняшних пацифистов — широкое использование современных информационных технологий, прежде всего Интернета. Электронная почта позволила в считанные дни проводить мобилизацию тысяч активистов. Если раньше на организацию широких общественных кампаний требовались иногда годы информационной и просветительской работы, то сейчас это стало возможным осуществить за несколько месяцев или недель. Благодаря Интернету удается противодействовать манипуляциям с общественным мнением со стороны властей и крупнейших корпораций. Несколько организаций собирают гигантские форумы с участием десятков тысяч представителей самых разных общественных организаций со всех концов Земли. Именно такими были прошедший в 1999 году Всемирный конгресс «Гаагский призыв к миру», превратившийся ныне в постоянно действующую сеть организаций, «Конгресс Тысячелетия» (Нью-Йорк, лето 2000), всемирные и европейские социальные форумы.

Все они стали заметными событиями общественно-политической жизни современного мира — но почему-то только не у нас. С трибуны этих крупнейших в истории форумов не прозвучал ни один авторитетный голос из России. Многочисленные неправительственные организации, возникшие в нашей стране в 1990-е годы, заняты совсем другими проблемами. Наша современная политическая и интеллектуальная элита слишком поглощена своей борьбой за теплое место под солнцем и стала глубоко провинциальной.

Пацифизм и альтерглобализм
Новые перспективы и возможности открылись перед движением за мир в последние годы в развивающемся диалоге между теми, кого считают «новыми пацифистами», и активистами весьма широкого и пока во многом стихийного социального движения за альтернативную глобализацию. Главная идея этого демократического движения, если не выпячивать некоторые побочные и второстепенные его течения левацко-троцкистского толка, состоит в том, что глобализация может быть разной: можно глобализировать нищету, бедность и голод, а можно — права человека, культуру, социальную справедливость. Мировое сообщество имеет здесь право выбора.

Важно отметить процесс глобальной интеграции общественного движения за мир с крупнейшим социальным движением нашего времени. В выступлениях большинства участников альтерглобалистских форумов, в принимаемых ими документах постоянно звучат такие темы, как современный империализм и его проявления, война и мир, моноцентризм или односторонность американской политики, мир не как отсутствие войны, а как определенная система ценностей.

Главным событием флорентийского форума (7—10 ноября 2002 года) стала миллионная манифестация против угрозы войны в Ираке. Таких масштабов антивоенные акции в Европе не достигали никогда в истории. Нечто подобное произошло только в 1972 году, когда в Нью-Йорке 12 июня, перед открытием первой специальной сессии Генеральной Ассамблеи ООН по разоружению, состоялась миллионная демонстрация протеста против агрессии США во Вьетнаме.

Некоторые наблюдатели видят в этом движении замену международным демократическим организациям — таким, как Всемирный Совет Мира, Всемирная федерация профсоюзов, Всемирная федерация демократически молодежи, активно работавшим в годы «холодной войны» при содействии СССР. Эти организации не только поддерживали политику Советского Союза, но и направляли огромную социальную энергию народов многих государств на решение весьма важных задач мирового развития. Современные альтерглобалисты тоже заняты поиском новых путей и форм воздействия на мировую политику и экономику в планетарном масштабе. Это движение не имеет единого центра и опоры, не имеет пока и общепризнанных авторитетных лидеров. Но не считаться с ним уже нельзя.

13 ноября 2002 года, после очередной массовой демонстрации в Париже против готовившейся войны в Ираке, французская «Монд» писала: «Какая партия во Франции способна сегодня собрать в течение пяти дней 50 тысяч активистов, умелых и изобретательных, готовых участвовать в сотнях конференций и рабочих группах, в многочисленных праздниках, манифестациях, представлениях и спектаклях? Есть ли партия, способная привлечь к своей политической акции десятки, а то и сотни ассоциаций, профсоюзов, неправительственных организаций и политических клубов, собрав их не только со всех концов Франции, но и со всего мира?» Газете, как и читателю, совершенно очевидно, что такой партии ни во Франции, ни в любой другой западноевропейской стране сегодня не существует.

С избавлением альтерглобалистского движения от левацких крайностей в него все более активно включаются Французское движение за мир, Фонд мира имени Б. Рассела и многие другие миротворческие организации. Эволюция ширящегося социального движения за альтернативную политику глобализации в интересах всего человечества, а не только многонациональных корпораций, создала условия для сближения с ним традиционного движения за мир или «нового пацифизма», идеологической основой которого является официально признанная ООН концепция «Культуры мира».

Эта концепция была выдвинута в начале 1990-х годов Генеральным директором ЮНЕСКО Федериком Майором и получила дальнейшее развитие в резолюциях Генеральной Ассамблеи ООН. Некоторое время назад ее начал активно продвигать в Россию мэр Москвы Ю. Лужков, но в последние годы ему, видно, стало не до того. Речь в концепции идет об утверждении на Земле культуры мира, которая должна окончательно сменить многовековую культуру войны и насилия, все еще преобладающую в жизни современного человечества.

В 2000 году, объявленном ООН годом Культуры Мира, 75 миллионов человек подписали выпущенный ЮНЕСКО «Манифест 2000 за культуру мира и ненасилия». Более двух тысяч международных и национальных неправительственных организаций присоединились к этой кампании. Возникла целая международная сеть таких организаций и движений (см. http://www.culture-of-peace.info). Конечно, провозглашенное ООН «Международное десятилетие культуры мира и ненасилия в интересах детей планеты» на 2001—2010 годы может оказаться столь же формальным, как и все другие тематические годы и декады ООН. Но на этот раз резолюция ООН действительно совпала с устремлениями тысяч неправительственных организаций, а их активность и роль в международных отношениях неуклонно возрастает.

Вот задачи, сформулированные для текущего десятилетия: укрепление культуры мира через воспитание; содействие устойчивому экономическому и социальному развитию, уважению прав человека, равенству мужчин и женщин, участию людей в демократической жизни; развитие взаимопонимания, терпимости и солидарности в обществе; свободное распространение информации и знаний, укрепление международной безопасности. Все эти меры направлены прежде всего против негативных последствий неолиберальной глобализации. Вместе с тем эти восемь задач точно выражают характер «нового пацифизма», опровергая традиционные упреки в наивности, всеядности, абстрактном гуманизме, забвении уроков истории и т. п.

Трансформация общества культуры войны в общество культуры мира — это, возможно, самая радикальная задача человечества на грани тысячелетий. Но для выживания альтернативы нет. Иначе нас ждет жесточайший конфликт цивилизаций, беспредел терроризма, экологическая катастрофа и прочие подобные прелести.

Утверждение культуры мира — стратегическая цель современного пацифистского движения. Его непосредственная и самая злободневная задача заключается в преодолении претензий находящихся у власти в Соединенных Штатах неоконсервативных сил, взявших курс на утверждение гегемонии США в международных отношениях.

Даже с учетом всех часто несовпадающих интересов и маневров правящих кругов различных государств, их острых противоречий, теперь уже ясно, что после окончания «холодной войны» практически единственной альтернативой в международных отношениях стал выбор: либо подчиниться односторонним и единоличным решениям США, все время оставаясь под их господствующим давлением, либо принять курс на многосторонний подход к решению международных проблем с опорой на международное право на дальнейшее усиление и укрепление ООН при ее последовательной демократизации.

Лидеры Франции и Германии, действуя в период иракского кризиса в согласии с общественным мнением своих стран, дали пример разумной внешней политики в отличие от времен колониальных и постколониальных войн. Они отстаивали ценность и жизненность Устава ООН. Насколько прочна была эта позиция? Последующие события подталкивают к отрицательному ответу. «Прогибы» перед более сильным, принятие компромиссов по факту свершившейся оккупации возобладали в политике Франции и Германии. Но поставленный ими вопрос остался в повестке дня мирового сообщества: как затормозить сползание человечества к мировой гегемонии одной сверхдержавы? Именно вокруг этой дилеммы разворачивается сегодня главная политическая и идеологическая борьба.

Обуздать американский гегемонизм можно, только объединив усилия государств, выступающих за многостороннюю систему международных отношений, и мирового общественного движения за мир. Не обладая атрибутами власти, это движение рождает новые идеи, приучает к ним миллионы людей и заставляет считаться с ними даже те правительства, которые упорно этого не хотят.

Advertisements
Запись опубликована в рубрике Наше кредо с метками , , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s