Стрелял бы Христос?

%d1%85%d1%80%d0%b8%d1%81%d1%82%d0%be%d1%81-%d0%bd%d0%b0-%d0%ba%d1%80%d0%b5%d1%81%d1%82%d0%b5

Стрелял бы Христос?

Крисмас Кэрол Кауффман

Источник: Кауффман К.К. Духовная борьба одного юноши. Ефрата (Пенсильвания, США): Типография «Благодать», 2010, с. 66-69.

По особому разрешению дирекции миссии «Международное Господнее служение».

Миллард, глубоко вздохнув, замер: в утреннем свете он увидел десятки тел, лежавших повсюду, в буквальном смысле — гора трупов. Немцы, американцы, англичане — все лежали вперемешку. Знали ли они, зачем воюют, эти мальчики, которые так любили жизнь и своих родных?! Знали?!

Милларду захотелось закричать. Неподалеку от него лежало тело молодого светловолосого парня, чье окровавленное лицо под дождем стало красным. Прямо перед ним из люка танка, высунувшись наполовину, застыл мертвый солдат. А чуть в стороне, как будто став на колени для последней молитвы, лежали два солдата. Неподалеку, схватившись за свое разорванное горло, лежал еще один парень. Он был мертв, но кровь все еще медленно сочилась из того, что было когда-то горлом. В другом месте в луже крови, как мясо в коричневой подливе, лежала оторванная рука. Миллард заковылял прочь…

Когда полностью рассвело, картина прошедшего боя стала еще более отчетливой. Одни солдаты в промокшей от дождя одежде лежали ничком, другие — на спинах с широко открытыми глазами и ртами. Миллард похолодел: неужели его ждет такой же конец? Неужели его убьют и, возможно, даже сегодня? Почему он помогает убивать этих людей? О-ох… он только что прошел мимо парня, похожего на Тэда Вотермена. Он пошел дальше, но затем, резко обернувшись, присмотрелся. Этого не может быть, это не Тэд. То здесь, то там на земле валялись куски человеческих тел в униформе…

Он вдруг споткнулся и чуть не упал на лежавшего человека. Какая мука, какая невыносимая боль! Перед ним лежал разорванный на куски парень, в горле которого все еще булькала кровь. В глазах Милларда потемнело. Чувство горького сожаления наполнило его душу. Почему люди так жестоки?! Знали ли эти мертвецы, почему они убивали друг друга?! Знал ли кто-нибудь из них, за что они умерли? Были ли они такими же слепыми и наивными, как он? Какой ужасной смертью они умерли! Какая печаль, какое разочарование, какая пустота! Вполне вероятно, многих этих ребят дома ждут любимые девушки, с которыми они хотели связать свою жизнь. Может, некоторые из них уже был женаты…

Душа Милларда невыносимо страдала. Он чувствовал страшную усталость. Увиденное было ужасным и отвратительным, оно навсегда останется в его памяти. Остальные ребята, то и дело, спотыкаясь о трупы, грубо сквернословили. Так они старались успокоить свои натянутые до предела нервы и притупить чувства, вызванные кровавой и зловонной картиной. Впереди их ждали новые более ужасные события.

Не это ли делало их героями в глазах американцев, когда они сначала убивали «грязных немецких собак», а затем топтали их ногами? Неужели, кроме смерти и кровопролития, нет других способов разрешения конфликтов?! Кто ответит на этот вопрос?! Миллард не мог чувствовать себя так, как некоторые его товарищи. Они ругались с какой-то яростью, радуясь одержанной победе. То, что открывалось перед нами, хотя и озадачивало, но вместе с тем разжигало в них ненависть и побуждало поскорее покончить с этим грязным делом.

Вдруг Миллард в испуге остановился и задрожал. Перед ним на пригорке лежал крепкий мужчина, сжавший кулаки так сильно, что от напряжения побелели их суставы. Его стоны и бульканье в горле перемежались со скрежетом зубов. Он лежал в луже собственной крови. Его карие глаза умоляюще смотрели прямо на Милларда. Никогда еще Миллард не встречал человека, как похожего на его отца. Мужчина испытывал невыносимую боль, что-то пытался ему сказать:
— Сынок, — проговорил он, наконец, слабым голосом, — сделай это. — Он громко застонал.
— Что сделать?
— Прикончи… меня…
— Что? — Миллард замер от ужаса и испуга.
— Пожалуйста, сынок.

Немецкий солдат сносно говорил по-английски. Его сходство с отцом было таким поразительным, какое может быть только у близнецов.
У Милларда заныли суставы и мышцы, заболели живот и позвоночник, голова и даже сердце. Ему показалось, что сейчас у него изо рта пойдет пена.
— Сжалься надо мной, прошу тебя, — умолял его раненый. — Ведь это ты… сделал меня таким… прошу тебя, добей… меня.
— Я? — воскликнул Миллард. — Откуда вы знаете, что это был я? Я… я не стрелял в Вас!
— Пожалуйста, сынок. У тебя ведь есть пистолет.

О, Боже! Разве мама не просила меня, чтобы я никогда не убивал сыновей других матерей?
— Мистер, — задыхаясь, сказал Миллард, — мистер, Вы… очень похожи… на моего отца. Как я могу… убить… своего… родного отца?
Миллард стал на колени на залитый кровью песок рядом с солдатом и положил ему руку на лоб. Лоб был влажным и холодным.
— Я не хотел убивать Вас, даже, если я… и попал в вас случайно. Папа… мистер… — из глаз Милларда ручьем потекли слезы.

— Ты можешь взять… все… что лежит у меня в кармане, сынок, — задыхаясь, сказал раненный, — только прошу тебя… прикончи… меня. Бог знает, что… лучше бы ты… остался жив… был жив. Сынок я бы сделал для тебя… то же самое… если бы… ранил тебя…

Миллард с превеликим трудом поднялся на ноги. Что делать? Карие глаза раненного немца умоляюще смотрели на него. Миллард не мог выдержать страданий, которые были видны на его лице.
— Закройте глаза, мистер… и… и… да простит меня Бог, — закричал Миллард и крепко зажмурившись, выстрелил.
Ему не верилось, что он это сделал. Прождав целую минуту, он открыл глаза. Дело было сделано. Сделано! Он убил сына одной из матерей.

Плача как ребенок, Миллард достал из кармана свой грязный носовой платок и бережно накрыл им лицо убитого. Потом он засунул руку в карман его шинели и достал оттуда черный кожаный бумажник, который был гораздо лучшего качества, чем бумажник Милларда. Он открыл его. На одной его стороне была фотография милой, спокойной женщины, а на другой — фотография убитого и его имя: Эмиль Агустав Дюэр, М.А. (Magister Artium — магистр гуманитарных наук (искусств), — прим. ред.). Оказывается, он был не простым солдатом, каким был Миллард. Убитый, назвавшие его «сыном», был образованным человеком. Миллард глухо зарыдал, а потом закричал от невыносимых душевных страданий. Накопившиеся чувства наконец-то вырвались на свободу. Ему казалось, что его душа сейчас лопнет, как воздушный шар. Почему он должен проходить через все это? …

Пока он ходил по полю боя, спотыкаясь о трупы, на него смотрели тысячи лиц мертвецов, каждое из которых было похоже на лицо его отца. Он хотел вернуться назад, чтобы достойно похоронить убитого, вымыть теплой водой его красивое лицо и большое сильное тело, надеть на него чистый костюм и отправить к жене в красивом гробу. Она, вероятно, сейчас с нетерпением ждет от него письма, ждет, когда он, наконец, вернется домой и будет снова рядом с ней. Однажды она с ужасом узнает, что он погиб за свою родину и Гитлера.

«Сынок». Почему он обратился к нему таким образом? Даже собственный отец никогда не называл его так. Это слово пробудило в нем теплое чувство к убитому, который так же, как и он, выполнял приказ. Он на самом деле не хотел никого убивать, как не хотел этого и Миллард. Наверное, его семья была очень счастливой. Скорее всего, именно так и было. Они вместе смеялись и пели — Эмиль Агустав и его жена. У них, возможно, была маленькая девочка, такая же, как Кэрри, и еще много чего другого…

— Почему ты плачешь? Что случилось? — спросил его проходивший мимо солдат.
Миллард попытался взять себя в руки:
— Я не хочу сейчас об этом говорить, чтобы не чувствовать себя еще хуже. Стрелял бы Христос  человека? — Миллард ударил себя кулаком в грудь.
— Что? — с недоумением спросил его солдат.
— Убил бы Иисус Христос человека… человека… который… я не хочу сейчас говорить об этом…

Реклама
Запись опубликована в рубрике Наше кредо с метками , , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s