Миротворчество Авигеи

Миротворчество Авигеи

Гололоб Г.А.

В двадцать пятой главе Первой книги Царств описана одна из удивительнейших историй Ветхого Завета. Главное действующее ее лицо – израильтянка по имени Авигея, жена богатого, но злого человека, Навала. Ее муж провинился перед Давидом, который был помазан Божьим пророком Самуилом, чтобы стать новым царем над Израилем, но был вынужден скрываться от преследований действующего, но отступившего от Господа царя Саула. Во время праздника, устроенного Навалом по случаю стрижки овец, Давид решил напомнить ему о том, что его овцы всегда находились под защитой воинов сына Иессея. Однако тот не пожелал ответить добром на добро, отказав Давиду в помощи и обозвав беглецом Саула.

В ответ на эту неблагодарность и личное оскорбление Давид проявил готовность предать смерти Навала и весь его дом. И эта трагедия случилось бы непременно, если бы не своевременное вмешательство в дело Авигеи. Она встретила Давида на пути к ее дому с дарами и произнесла перед ним такую речь, после которой тому осталось только развернуть свой отряд и вернуться в свое место. Так что же сказала эта женщина воинственному мужчине такого, что заставило его отменить свое решение? Об этом действительно интересно узнать каждому, и мы попробуем помочь ему в этом.

Знакомство с персонажами
Имя «Авигея» означает «Мой отец – ликование». С таким именем она могла бы иметь более достойную жизнь, чем имела в действительности. Однажды соединив свою жизнь со столь неразумным человеком, каким был Навал, она оказалась в положении многих молодых жен, сделавших себе выбор мужа опрометчиво – может быть, ориентируясь лишь на его красоту, богатство или почетное положение в обществе. Нам трудно судить, как это произошло в случае с Авигеей. Возможно, Навал первоначально не был таким, каким стал позже. Однако, несмотря на весь ужас создавшегося положения, Авигея не впала в уныние, но, вручив свою жизнь в руки Господа, продолжала делать то, что должна была делать, будучи женой, во всем послушной, прежде всего, Богу.

Если Авигея была кармилитянкой, то ее муж, Навал, происходил из знатного рода Халева. Очевидно, что принадлежность к «роду Халева» не обеспечивала наследственную передачу добрых качеств этого славного предка его потомкам. По-еврейски имя «Навал» означает «глупца», причем не столько глупого, сколько нечестивого и злого (ср. Ис. 32:5 сл.). Муж Авигеи – образец плотского человека, не способного к благодарности и равнодушного к нуждам других. Вместо того, чтобы прославить Господа за имеющееся у него богатство, ведь скотоводчество в те дни, как и сейчас, сильно зависело от погоды, он предавался излишеству в приеме пищи и другим видам безудержного наслаждения на часто устраиваемых им пиршествах. Жадность, грубость и сладострастие – основные бичи также и современного общества.

После смерти Самуила многие израильтяне стали задумываться над судьбой Давида – исполнятся ли слова Божьего пророка о том, что этот юноша вскоре станет новым царем в Израиле, или нет? Преследуемый Саулом, Давид мог быть предан кем угодно и пасть жертвой предвзятого отношения к нему со стороны действующего царя. Однако Бог использовал эти сложные обстоятельства в жизни сына Иессея для того, чтобы сформировать в его характере нужные для будущего управления народом Божьим черты. Давид должен был вначале пройти практику управления шестью сотнями воинов, прежде чем возглавить Божий народ.

Стрижка овец давала повод для праздника, на котором богатый владелец был обязан проявлять щедрость (2 Цар. 13:23 сл.). Давид воспользовался этим обстоятельством, чтобы потребовать налог т. наз. права «братства», который кочевники взимали с соседних селений за оказанную им «защиту», заключавшуюся в том, что они их не грабили и отгоняли мародеров (ст. 16). Даже пастухи получали награду за каждую сохраненную овцу. На этот обычай ссылался Давид, но получил отказ.

Нужно отметить особо, что Давид в это время скрывался очень высоко в горах в центральной части Израиля (высота гор здесь превышала 1500 метров над уровнем моря). Здесь больше имелось воды для разведения скота, а также имелись самые плодородные в этой части страны земли. Именно здесь он рассчитывал на проявление гостеприимства со стороны тех людей, перед которыми никогда не хотел оставаться должником. Правда, город Кармил, расположенный к югу от Хеврона, был отвоеван Саулом у амаликитян, поэтому неудивительно, что его жители не были расположены к Давиду. Давид прекрасно знал, кто такой Навал, однако сильная нужда заставила его попросить у него помощи. Сам Навал воспользовался безвыходным положением Давида, чтобы отказать ему в помощи, но его жена – напротив, осознавая эту нужду, сделала все возможное, чтобы эту помощь представить будущему царю.

Просьба Давида и отказ Навала
Давид уже несколько лет жил за счет подаяния со стороны его друзей, поскольку не желал становиться на путь откровенного грабежа, даже своих врагов. И вот, оказавшись в крайней нужде, он отправляет к Навалу своих людей с просьбой оказать им помощь продовольствием в самое благоприятное для этого время. Столы богача ломились от изобилия пищи, и весь его дом вместе со слугами был приглашен на этот праздник. При этом это не была просто просьба Давида, но и обращение к совести того, кто в некотором смысле был должником просящему. Действительно, Давид рассчитывал на дружеские отношения с местными фермерами на основании того, что защищал их многочисленные стада овец от грабежа со стороны бродячих бедуинов и вообще разбойников. При этом он не запросил определенное количество пищи, а заявил кротко: «Сколько найдет рука твоя».

Ответ Навала был не только отрицательным, но и циничным: «Кто такой Давид, и кто такой сын Иессеев? Ныне стало много рабов, бегающих от господ своих. Неужели мне взять хлебы мои и воду мою, и мясо, приготовленное мною для стригущих овец у меня, и отдать людям, о которых не знаю, откуда они?» (ст. 10-11). Говоря о рабах, находящихся в бегах от своих господ, Навал имел в виду не только Давида, но и весь его отряд, почти полностью состоящий из такого рода слуг. Но от кого они бежали? Конечно, не от добрых хозяев. Хотя внешне Давид и его люди были похожи на банду разбойников, он сам никому из своих воинов не позволял вести себя таким образом. Очень важно уметь распознавать за внешним неблагоприятным видом доброе сердце, а за таким же внешним благополучием – злое.

Современным людям трудно определить вину Навала. Да, он имел полное право ответить отказом, но этот отказ он осуществил в грубом тоне, граничащим с оскорблением не только Давида, но и всех его людей. Иногда мы правильные вещи выражаем или защищаем неправильными методами. Важно не поднимать тон голоса и не оскорблять своего оппонента навешиванием ему различных неблагозвучных ярлыков, когда ты уверен в своей правоте. Напротив, зная свою правоту, лучше повести себя скромнее, предложив оппоненту объяснить или защитить собственное мнение, а потом путем встречных вопросов показать его несостоятельность. Поэтому Давид решил наказать Навала не столько за отказ в гостеприимстве, сколько за словесное оскорбление. Наконец, в особых обстоятельствах даже простое бездействие равнозначно злому поступку, поскольку не предотвращает причинение вреда.

Давид, узнав об этом, тут же распорядился своим воинам подвергнуть ужасному наказанию не только самого Навала, но и весь его дом. Коль это поведение предвидела и сама Авигея, следует считать, что оно было оправдано с точки зрения общепринятых норм поведения того времени. Но причем здесь были все домашние и слуги Навала? Давид рассуждал так: если люди Навала не возразили и не воспрепятствовали безумному ответу их хозяина, значит они разделяли его убеждения. В культуре того времени было немыслимо отказать в продовольствии обычному скитальцу, а здесь речь шла о шестистах людях, оказавшихся в подобном положении!

Мудрый поступок Авигеи
Авигея, как только узнала, что случилось в ее отсутствие, сразу поняла, что всему дому Навала угрожает жестокая расправа. Поэтому она решила опередить события, выйдя на встречу отряду Давида с дарами. Кроме праздничных мяса, хлеба и вина, она выделила от себя еще и мешки сушеного зерна, изюма и смокв, что хранилось долгое время, и потому было особенно ценно для кочующей армии Давида. Преследовало ли это цель умилостивления разгневанного Давида? Не только. Многое зависело от того, чем она собиралась оправдать такое поведение в своем обращении к нему.

Авигея сделала все таким образом, чтобы ее муж ничего не узнал. На тот момент Навал, вероятно, уже был пьян и не мог мыслить здраво. На что она рассчитывала? Конечно, она рисковала, делая это. Ее муж мог не простить ей такой дерзости, но она поспешила оказать помощь Давиду, как будто ничего не знала об отказе ее мужа. В этом проявилась ее мудрость. И в наши дни, когда муж предпринимает необдуманные действия, жена не обязана его слушать. Весь вопрос заключается лишь в том, чтобы придерживаться воли Божьей, а не своей собственной.

Речь Авигеи выдает в ней подданную царя Давида, хотя тот и преследовался Саулом. «Господь не попустит тебя на пролитие крови!» – какой чудесный жизненный лозунг имела Авигея. Только спасти, спасти любой ценой, спасти, не взирая ни на что – это то, к чему должен стремиться каждый христианин в первую очередь. Когда на кон поставлена не только своя, но и чья-то жизнь, все остальное должно отойти в сторону и посвящено исключительно цели спасения.

«И удержит руку твою от мщения». Авигея чувствовала, что Давид имеет родственные ей чувства и нравственные идеалы — не мстить за себя. Поэтому и рискнула дать будущему царю совет такого рода в тот самый момент, когда он был уже готов лишить какого-либо снисхождения своего врага. Не мстить за себя, но дать место гневу Божьему – это уже предвосхищение новозаветной этики, т.е. благодати Иисуса Христа.

Но первым делом, что сделала Авигея, когда встретила Давида, это пала к его ногам и произнесла: «На мне грех, Господин мой». Затем еще раз: «Прости вину рабы твоей». Самоунижение во имя спасения других — еще одна черта поведения каждого христианина и христианки. Взять чужую вину на себя – это уже не закон «талиона» («око за око»), а нечто значительно выше него. Авигея не рассматривает Навала как врага Давида, поскольку она не считает его и собственным врагом. Эта мудрая женщина не ищет удобного случая расквитаться с ненавистным мужем, но делает все возможное, чтобы остановить его безумие. Не месть, а сострадание к нему движет всем ее существом.

Да, и по отношению к Саулу Авигея не питает враждебных чувств, однако понимает, что все равно нужно делать выбор в пользу Давида. Но, занимая ту или другую сторону, она четко осознает, что не имеет права отстаивать истину насильственными средствами. Давид также не всегда вел войны Господни, но иногда устраивал по своему, человеческому рассуждению, но Авигея представляет собой образец новозаветной праведности, примиряющей друг с другом даже врагов.

В начале она взяла на себя вину за отрицательный ответ Навала, потому что ее не было тогда, когда в ее дом приходили посланные Давидом. Потом она как бы говорит Давиду: «Тебе не к лицу наказывать виновного вместе с невинным». И, наконец, убеждает его простить безумие и самого Навала: «Зло не найдется в тебе во всю жизнь твою». Но на каком основании можно было простить провинившегося? Как она могла отрицать закон возмездия и даже называть его злом? Неужели нужно щадить даже врагов? Умоляющий взор Авигеи говорил без каких-либо слов: «Да. Сделай это и будет тебе благо».

Иногда нам кажется, что правое дело можно делать любыми путями и, не смотря на последствия, однако это не так. Если доброе дело делается нечистыми руками или ведет к плохим последствиям, от него нужно отказаться. Авигея смотрела дальше Давида, когда раздумывала над тем, чем может ему обернуться это поражение Навала. Конечно, тогда все население данной местности будет считать Давида разбойником, а не помазанником Божьим. А этого никак нельзя было допустить. И сам Давид понял это. Если раньше он был готов истребить в доме Навала последнего пса, то теперь решил помиловать даже своего врага.

Давид прощает Навала
В заключительной части своей речи Авигея напомнила Давиду о том, что дело судить принадлежит одному Богу, поскольку Он умеет делать это лучше людей. Эти слова оказались пророческими: на следующий день после пиршества Навала поразил сердечный приступ, и через десять дней он умер. Бог свершил Свой суд, не прибегая к человеческому посредству. Действительно, иногда мы спешим осудить виновного впереди Бога, забывая о том, что Господь никогда не опаздывает. А Его задержку также нужно уметь ценить. И в этом состоит весь смысл нашего доверия Ему.

Почему Бог оставляет за Собой исключительное право судить виновного? Потому что Он умеет вершить суд лучше людей. Человеческий гнев отличается от гнева Божьего тем, что очень часто бывает неконтролируемым, либо контролируемым одними лишь чувствами. Такой гнев изначально не может быть справедливым. И хотя Давид был оскорблен, но он оказывался в таком положении неоднократно. Почему же он не во всех этих случаях прибегал к мести? Здесь же, поскольку крайняя необходимость схватила его за горло, он поспешил в тот же день расквитаться со своим только что объявленным «врагом».

Заканчивается эта история соответственно вере Авигеи. «И услышал Давид, что Навал умер, и сказал: благословен Господь, воздавший за посрамление, нанесенное мне Навалом, и сохранивший раба Своего от зла; Господь обратил злобу Навала на его же голову. И послал Давид сказать Авигее, что он берет ее себе в жену» (ст. 39). Теперь Давид нисколько не рисковал, когда свой суд над виновным передал в руки Божьи. Господь умеет обращать злобу людей на их же головы без нашего вмешательства. А вдруг оно окажется преждевременным или чрезмерно справедливым? Действия же Господа всегда непогрешимы и всегда ведут к добру: «сохранил раба Своего от зла».

Некоторые думают, что у Авигеи просто не было выбора, чтобы поступить иначе. Однако если это так, тогда все благородство ее поступка рассыпается в прах. Но разве действительно она не имел выхода? Разве она не могла просто перейти в стан Давида и обречь своего мужа заслуженной погибели? Конечно, могла. Очевидно, что ее миротворчество было не вынужденным, а добровольным. На нее не имел права обижаться даже ее нечестивый муж. Поэтому ее поступок – образец правильного поведения в сложных жизненных обстоятельствах. Она умела поступить так, чтобы не обидеть никого. Этому искусству обучаются далеко не все.

Унаследовал миротворческий характер и ее сын, Далуиа. Будучи вторым, а после смерти Амнона и первым сыном Давида, Далуиа не составлял никому никаких проблем. Он не претендовал на место царя, ни с кем не сорился, не плел дворцовые интриги, не участвовал ни в каких заговорах и т.д. Обладать таким авторитетом и отказываться использовать его во зло – этому, вероятно, он научился у своей матери, также нигде не запятнавшую свою честь в положении жены царя.

Другие говорят о том, что Авигея просто защищала своего мужа. Мол, все-таки какой ни есть муж, но муж. Однако она вовсе не защищала его пороки, да и не могла сделать это, поскольку обладала благочестивым характером и в страхе ходила перед Богом. Она не побоялась пойти наперекор его воле, скрыв от него свое посещение Давида, а в то время такое женское самоуправство сильно каралось. Она не побоялась осудить его злой нрав перед Давидом и его людьми. Нет, в ее поведении не видно того, чтобы она находила какое-либо удовлетворение в совместной жизни с таким человеком, каким был Навал.

Особо хочется подчеркнуть сильную веру Авигеи. Она умела смотреть на вещи глазами Бога, когда самого воплощения ее веры в реальное положение вещей еще не было. Она видит Давида, участвующего в битвах Господних, там, где другие видели только человека, восставшего против Саула. Равным образом, она осудила поведение своего мужа за десять дней до начала Божьего суда над ним, хотя своими плотскими глазами видела его благоденствие. Взор веры позволил ей назвать благополучного хозяина Божьим изгнанником, а гонимого всеми – будущим царем. И, напротив, нечестивый и жадный Навал видел только то, что видели его плотские глаза, а именно: тот памятник, который воздвиг себе Саул в этой местности. Эти символы плотской власти и связанное с ними чувство преклонения перед нею угрожают и современным христианам.

Некоторые исследователи отмечают сходство между верой Авигеи и верой Раав. Однако вера Авигеи лишь слегка напоминает веру Раав. Да, в обоих случаях вера, смотрящая в будущее, помогла обеим этим женщинам выжить. Но есть и отличия. Раав отказалась от нечестия своего народа, Авигея пыталась спасти своего нечестивого мужа. Раав могла предвидеть победу израильтян, а Авигея ничего не знала о Божьем решении. Раав жила хотя и бедно, но со своей семьей, не конфликтуя с нею, а Авигея с помощью веры не только освободилась от пагубного бремени, но и добилась семейного счастья. И дело не в том, что Богу теперь придется освобождать доверившихся Ему жен от плохих мужей таким путем, как это было у Авигеи. Бог может сделать еще большее чудо через их терпение: умертвить и воскресить их духовно. Это образец того, сколько всего можно добиться, доверив Господу свою жизнь – всю, без остатка.

Заключение
Данная история повествует нам о том, как вести себя христианину в обстоятельствах людской вражды, включающей даже родных ему людей. При возникновении любого конфликта или агрессии всегда существует, как минимум, три вида образа действий, которые обычно используют люди. Первый: вступить в конфронтацию на стороне менее виновного противника и бороться с более виновным любыми средствами. Для Авигеи это значило следующее: лишить своего мужа милосердия, предав его нечестие справедливому наказанию. Второй: отойти в сторону как от справедливости, так и от милости, позволив обстоятельствам течь без нашего вмешательства. Этот подход сделал бы из Авигеи законченную пессимистку. Третий: предоставить виновному шанс исправиться путем проявления к нему милости. Невиновному же следует напомнить о справедливости, указывающей всем и каждому, что и он не без греха. А это значит, что судить других он не имеет морального права. Поэтому исполнение дела суда следует вручить исключительно Богу. Это и есть единственный способ примирения между людьми.

Дорогой Читатель, если ты в своей жизни несешь, подобно Авигее, ужасное бремя семейной связи с нечестивым человеком, не берись за оружие и не устраивай бунта, но доверь свою нужду Господу, чтобы Он Сам мог вмешаться в твои обстоятельства и свершить Свой суд над виновным Своим способом. Вероятно, Давид вспоминал эту историю, когда писал такие слова: «Предай Господу путь твой и уповай на Него, и Он совершит, и выведет, как свет, правду твою и справедливость твою, как полдень. Покорись Господу и надейся на Него. Не ревнуй успевающему в пути своем, человеку лукавствующему. Перестань гневаться и оставь ярость; не ревнуй до того, чтобы делать зло, ибо делающие зло истребятся, уповающие же на Господа наследуют землю. Еще немного, и не станет нечестивого; посмотришь на его место, и нет его. А кроткие наследуют землю и насладятся множеством мира» (Пс. 36:5-11).

Реклама
Запись опубликована в рубрике Наше кредо с метками , , , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s