Добраться до евреев раньше, чем СС

Сьюзан Хазел

Источник: Хазел С.М. и Шурх М. Падут подле тебя тысячи. Захватывающая история жизни одной немецкой семьи в годы Второй мировой войны. Заокский: Источник жизни, 2014. Избранный фрагмент: С. 103-109.

Январь сменился февралем, потом наступил март, и пришло тепло. Как животные, просыпающиеся от спячки, немецкая армия начала выходить из своих зимних квартир, в которых она находилась в течение самых холодных месяцев. Немцы снова начали движение вперед.

В отличие от предыдущего лета и осени, Красная Армия начала оказывать ожесточенное сопротивление. Немцы больше не могли уверенно двигаться вперед, но шли малыми шагами под тяжелым артиллерийским огнем. Отдельная инженерно–строительная рота построила мост через реку Донец, полностью сделанный из сваренных вместе стальных труб, и продолжила свое движение в восточном направлении. Немного позже, той же весной, всех оставшихся живых после зимней битвы наградили медалями. Хотя никакое вознаграждение не могло возместить того, что им пришлось вынести.

Однажды вечером в большой деревне другое подразделение нагнало их и остановилось вместе с ними на ночлег. Высокие мужчины в сделанных на заказ жакетах, с серебряными знаками на козырьках фуражек, на которых были изображены черепа и кости и заглавные буквы, принадлежавшие СС — элитному корпусу вооруженных сил и полиции Гитлера. На их руках были красные, как кровь, повязки с черной свастикой в белом кругу. Известные своей жестокостью и верностью Гитлеру, они внушали страх даже жителям Германии.

Следующей ночью Франц проснулся из–за беспорядка в деревне. Беготня, грохот, треск сломанных дверей, голоса, выкрикивающие проклятия на немецком, крики женщин и детей. Наконец все стихло. Он подумал, что слышал выстрелы где–то в отдалении, но не был уверен.

Утром, стоя в очереди за едой, Франц попытался узнать, что произошло:

— Вилли, ты слышал шум вчера вечером? Что случилось?

Вилли обернулся украдкой:

— Это были СС, — прошептал он. — Они выполняли свою работу.

— Выполняли свою работу? Что ты имеешь в виду?

Голос Вилли стал еще тише:

— Последнее решение Гитлера!

Франц посмотрел на него с непониманием.

— Я не понимаю тебя.

— Где ты был, парень? Они уничтожают евреев. Они вчера схватили их, отвели в лес и там расстреляли, как животных.

Ошеломленный, Франц уставился на Вилли.

— Это невозможно!

— Франц, просто иди дальше и что бы ты ни делал, никому не рассказывай об этом.

Франц поднял свою жестяную тарелку.

— Я знаю, как ты себя чувствуешь, — сказал Вилли. — Я тоже не поддерживаю Гитлера. Но мы не ответственны за действия СС. Мы так же, как и они, имеем обязанности. Все это находится на их совести, а не на нашей. Если ты хочешь сберечь собственную шкуру, Франц, держись от этого подальше. Не вмешивайся!

— Вилли, я просто не могу стоять в стороне! Вилли наклонился к нему настолько, что его лицо оказалось в нескольких сантиметрах от Франца:

— Я знаю, что ты чувствуешь, — прошипел он раздраженно, — ты собираешься сейчас громко заявить об этом и попасть под военный трибунал!

Франц возвратился в свою комнату глубоко обеспокоенный тем, что он узнал. Он был не согласен с Вилли в том, что они не несли никакой ответственности за происходившее. Если они стояли в стороне в то время, когда совершалось убийство, разве они не были виновны в этом? И теперь, как и всегда, Франц обратился с этим вопросом к Богу.

«Небесный Отец, — молился он, — пожалуйста, помоги мне правильно вести себя в этой ситуации. Что мне нужно делать, чтобы исполнить волю Твою?

На следующий день, когда его рота двинулась дальше, он получил ответ. Теперь он понял, почему его не назначили санитаром. Бог, очевидно, хотел, чтобы он добрался до евреев раньше, чем это сделает СС.

Когда его рота проходила через деревню, Франц внезапно пропадал и заглядывал во все дома, в которые он только мог попасть. Так как на Украине проживало много немцев, которых пригласила в Россию Екатерина Великая для того, чтобы жить и обрабатывать землю, он мог с ними легко общаться. Он повторял всюду одно и то же: «Через день или два, за нашим полком придет подразделение СС. Вы узнаете их по черным униформам и фуражкам, на которых изображены череп и кости. Когда они доберутся сюда, они захватят евреев и убьют их, как скот. Если вы еврей, берите с собой еду, собирайте свои семьи и уезжайте прямо сейчас. Прячьтесь в лесах и в горах, везде, где найдете возможность. Собирайтесь быстро! Не теряйте времени! Предупреждайте об этом всех! Спешите, спешите! Пусть Господь пребудет с вами!»

Многие спасли свои жизни, потому что вняли его словам и скрылись из деревни. Для некоторых из них, однако, было намного важнее спасти свою собственность. Сохраняя ее, они потеряли свои жизни.

Таинственные исчезновения Франца не остались незамеченными его товарищами.

— Почему у Франца постоянно такие панибратские отношения с гражданскими лицами? — спрашивали они подозрительно. Никто ничего не знал наверняка. Только Вилли и Карл догадывались об истинном положении вещей. Но они поддерживали своего друга.

— Почему вы не оставите парня в покое? — говорили они. — Вы должны быть рады, что он изучает обстановку и покупает продукты у местных. Вы подумали, почему у него в лавке всегда отличный ассортимент? Если бы он не делал так много для вас, то у вас не было бы ни свежих яиц, ни леденцов, ни другой роскоши.

Эти слова заставили солдат замолчать.

Несколько недель спустя сражение вынудило роту вернуться в деревню, которую они оставили днем раньше. В лесу Франц услышал речь немецких солдат, которые кричали и ругались. Это пробудило его любопытство. Прячась за деревьями, он пошел на голоса. Скоро он вышел на поляну, всю изрытую траншеями. Солдаты СС вели евреев через лес — несколько десятков мужчин, женщин и детей. Шокированный, Франц понял, что это были те самые евреи, которые не поверили ему днем ранее. Босиком, сохраняя молчание, они шли по снегу.

Когда они дошли до опушки, солдаты приказали евреям встать на колени лицом к траншеям. Ряд за рядом солдаты стреляли им в спину, и их тела падали вниз. Последней была мать с шестью детьми.

Рыдая, испуганные дети цеплялись за свою мать. «Отпустите ее!» — кричали эсэсовцы. Грубо оторвав их от нее, они заставили встать всех на колени и выстрелили им в спину.

Все то, что увидел Франц, поразило его. Выйдя из–за деревьев, он подошел к солдатам. «Как вы можете совершать такое и стрелять в этих невинных детей?» Эсэсовцы пристально посмотрели на него.

— Парень, где ты был всю свою жизнь? — выпалил один из них. — Именно эти дети и должны быть убиты! Если они останутся в живых и вырастут, то станут нашими врагами. «Вот! — он схватил лопату. — Раз ты так сильно огорчен их смертью, то тогда, может, обеспечишь им приличные похороны? Закопай их здесь!

Он бросил лопату перед Францем. Другие хрипло засмеялись. Все еще хохоча, они зашагали прочь.

Францу стало дурно. Он прислонился к дереву, чтобы самообладание вернулось к нему. Наконец он поплелся к траншее и с горечью начал закапывать тела.

Вдруг он прекратил работу. Ему показалось, что он услышал стон, доносящийся из траншеи. Стон повторился снова. Тут его внимание привлекло чье–то движение, кто–то шевелился под телами расстрелянных детей. Он спрыгнул в траншею и осторожно поднял истекающее кровью тело маленькой девочки. Она только что прекратила дышать, тогда он аккуратно положил ее на землю.

Но лежащий под ней человек еще был жив. Собрав все свои силы, Франц подхватил его и вытащил из траншеи. Человек был без сознания, но все еще дышал. Пуля попала ему в голову. Но рана, казалось, кровоточила не сильно. Его еще можно было спасти. Франц взвалил мужчину на спину и понес в деревню. Он намеревался донести его до своего жилища и оказать ему там помощь.

Как только он показался в лагере, шатаясь от тяжести, солдат СС допросил его:

— Что вы несете?

— Этот человек ранен, и ему срочно требуется помощь.

Солдат заметил, что раненый не был немецким солдатом.

— Что? — закричал он. — Мы убиваем евреев, а не спасаем их. Как вы посмели вмешиваться?!

К тому времени подбежали другие солдаты. Среди них был лейтенант Питер Гутшальк. Одного его взгляда хватило, чтобы понять, что здесь произошло. Он сорвал человека со спины Франца. Как только мужчина упал наземь, лейтенант вложил пистолет ему в рот и спустил курок.

— Хазел, это снова вы?! — кричал он, дрожа от гнева, — я должен был догадаться! Говорю вам раз и навсегда, что с меня уже хватит вашего антиправительственного поведения. Надеюсь, что увижу вас под трибуналом. Вы не лучше, чем те еврейские свиньи, которых вы желаете спасти. Вам от меня не скрыться. Если будет нужно, я достану вас из–под земли. В новом мире не будет места таким, как вы! Это касается и двух ваших друзей.

Была объявлена открытая война. Франца мучил вопрос, потеряет он жизнь на войне от руки врага или своего соотечественника?